|
— Я в том смысле, что нам же нужно просто пройти несколько сотен метров и попасть в городскую черту, так? — Мужики, я не в курсах, — отозвался Орех. — Вы же не сказали, куда именно идете. Если вам без разницы, то да, подниматься можно хоть сейчас. Ближайшая шахта через пятьдесят метров. Можем свернуть в транспортный тоннель «Юпитера», но не знаю, что мы от этого выиграем. — Зачем тогда сворачивать? — произнес Бергамот. — Давай вылезать прямо сейчас. Орех продолжал стоять на месте, о чем-то думая. Затем медленно поднял дробовик. — Что случилось? — спросил Фармер. — Тс-с! — Орех приложил палец к губам. — Слушайте. Уотсон напряг слух настолько, что были слышны капли воды, падающие на том конце отсека. — Что? — прошептал он. Изменившись в лице, Орех уставился куда-то за спину сталкерам. — Атас! — завопил он. Все трое мигом повернулись, вскидывая автоматы, и сзади них громыхнул «карабинер». Фармер не успел понять, что случилось. А когда понял, то не воспринял. Он лишь стоял и смотрел, как Бергамот отлетает на два метра вперед и падает лицом вниз с развороченной половиной тела. — Всем стоять на месте! — приказал Орех. — Молчать хотя бы десять секунд и слушать! Это не настоящий Бергамот. — Что?! Орех выстрелил еще раз, вверх. С потолка посыпались крупные куски извести. — Зеркало помните? — спросил он. — Помню, — ответил Фармер, сжимая ремень винтовки до боли в суставах. — Бергамот коснулся его автоматом и отразился. Сюда попал шатун. Настоящий Бергамот остался в зеркале. — Ты псих? — вырвалось у Уотсона. — Почитай справочник по Зоне, умник. Шатуны иногда попадаются. Их можно распознать по отображению: органы тела меняются слева направо. То же касается одежды, снаряжения, ствола. Я его по автомату как раз и вычислил. Сами посмотрите, у него ствол перевернут! Фармер, преодолевая тошноту, склонился над трупом проводника и осмотрел автомат. — Да ты дебил конченый! — закричал он. — Совершенно нормальный автомат! Ты убил Бергамота, придурок! — Сам ты придурок! Автомат у него какой, правосторонний? — Затвор с правой стороны, — ответил Уотсон, присмотревшись. — Ствол не инвертирован… Все как и должно быть. Как же ты облажался, Орех. — Вашу ж мать! — заскрипел зубами Орех, не опуская дробовика. — Каждый в Зоне знает, что у Бергамота был левосторонний «калаш». Это его автомат на счастье, вытащенный им из аномалии. У него затвор с левой стороны. А у этого чувака, на полу, смотрите — затвор на автомате с правой! Он снова перекрутился и стал как нормальный автомат. Такого быть не должно! Это значит, что сам Бергамот тоже перекрутился. У него сердце сейчас с правой стороны должно быть! — Да тут хрен разберешь, где у него было сердце! — выпалил Фармер. |
