На следующий день под прикрытием пушек «Нептуна» островитяне предприняли несколько вылазок на берег с целью поиска раненых и захоронения убитых, после чего оставшиеся на плаву корабли подняли паруса и взяли курс на север.

– В следующий раз они подготовятся лучше. И будут намного злее, – задумчиво вымолвил Андреев, глядя вслед уходящей флотилии.

– Да мы здесь тоже добрее не становимся, – отозвался Силкин, прихлопывая на щеке очередного комара. – Дважды отделали их, отделаем и в третий раз. Только думаю я, что не до нас фрадштадтцам сейчас будет. Михаил Васильевич их в клещи взял: дернутся на север – останутся без юга, дернутся на юг – потеряют север.

– Забываешь ты, Алексей, что у губернатора Ричмонда в пять раз больше людей под ружьем, чем у нашего князя. Как идти против такой силы?

– Знаешь, Ваня, – в тон товарищу ответил поручик, – почему-то кажется мне, что его сиятельство подобный расклад не сильно волнует. Он столько раз уже преподавал урок врагам Таридии! Что-то придумает и на этот раз.

– Вот уж в чем я совершенно не сомневаюсь, – усмехнулся Андреев. – На то он и Князь Холод.

– Так и я о том же! – согласился Силкин, устало утирая пот с лица. Больше всего на свете ему сейчас хотелось с разбегу прыгнуть в сугроб, но он настойчиво гнал эти мысли прочь. По всему выходило, что снег он увидит еще не скоро.

29

Джеймсу с трудом удавалось скрывать злорадное ликование – князь все-таки явился! Вопреки его собственным опасениям и скепсису Паттерсона, Бодров прибыл на встречу. Личный враг Ричмонда, а после вероломного нападения на Форт-Хэтчер Джеймс считал именно так, только что поднялся на борт «Святого Альфонсо» – фрегата, любезно предоставленного для проведения встречи губернатором криольской колонии в Рунгазее доном Стефано ди Кальчио. Доставивший князя к месту встречи несуразного вида пароходофрегат «Север», заглушив свою ужасную паровую машину, встал на якорь в паре сотен метров к северо-западу, нацелив на линейный корабль «Король Артур», на котором прибыл генерал Ричмонд, свой хищный нос с демонстративно расчехленными орудиями. Как будто две таридийские пушки могли напугать линкор военного флота Фрадштадтских островов!

Но это даже хорошо, значит, боятся! Так и пусть видят безмятежную расслабленность подданных Короны и пребывают в постоянном напряжении, гадая: предпримет ли генерал Ричмонд агрессивные действия или будет блюсти условия перемирия?

Хотя какое к черту перемирие?! Перемирие сейчас возможно только при соблюдении двух условий: таридийцы должны убраться из Ратанской долины и отозвать своих людей из окрестностей Престона! Перемирие нужно было соблюдать с момента объявления переговоров, а не вероломно пользоваться ситуацией! А теперь Джеймс имеет полное право на ответный удар. Только он не настолько глуп, чтобы действовать открыто.

Вообще же следует отдать должное сообразительности князя, который нанес неожиданный удар по практически незащищенному центру добычи бесплатной рабочей силы, использовав его же, Джеймса, схему с наемниками. То есть вроде бы всем понятно, что вышвырнули островитян из Престона и отбили плохо подготовленную попытку вернуть его именно таридийцы, но предъявить претензии Бодрову за это не получится. Мол, действовали люди на свой страх и риск, на службе не состоят, приказам из Соболевска не подчиняются.