Сунув руку в карман, Реми опустилась на пятки, теребя пальцами кольцо. Подумывая, не надеть ли его на палец, девушка оглянулась на свою охрану: стоит ли опасаться их обнаженных мечей. Даже грязная и босая среди этой разряженной враждебной толпы она сохраняла величественную осанку и сидела с тем же вальяжным видом, что и король, понимая, что он разозлится.

– Ты ведь понятия не имеешь, как пользоваться Амулетом? – И Реми кивнула на Амулет Элузиен, висевший у него на шее.

Если бы знал, обязательно бы похвастался, но Реми не ощущала исходящей из талисмана красной магии, а значит, вызывать ее Востемур не научился.

Король нахмурился. Он не привык, чтобы с ним говорили пренебрежительно.

– Думаю, что гости мне с этим помогут. – Он коварно ухмыльнулся и кивнул кому-то у деревянной двери за спиной у Реми. – Приведите их.

Двери открылись, и пятеро охранников втолкнули в зал пять фигур в красном. Реми задохнулась.

Северяне захватили пять красных ведьм и сейчас вели их по тронному залу. Остановившись перед постаментом, охранники одну за другой повернули ведьм лицом к Реми, вынуждая их опуститься на колени. Одна из ведьм тихо вскрикнула, когда стукнулась коленями о мраморный пол.

Высокие стражи в шлемах почти полностью заслонили злобно щерившегося короля от пленных.

Король Востемур смотрел направо от помоста, где тяжелый синий занавес закрывал сводчатые проходы по обе стороны от помоста. Перед каждым стояло по пять солдат в доспехах и полном вооружении. В другом конце огромного зала застыл еще десяток солдат. А сколько их мелькало среди пестрой толпы придворных…

Да тут целая армия! У Реми душа ушла в пятки. Кинжал здесь не поможет!

Из-за синего занавеса, куда смотрел король, появилась фигура в синих одеждах. Ее руки слабо мерцали голубым светом.

Синяя ведьма встала рядом с королем.

– А теперь, принцесса, – король подался вперед, – расскажи мне, где твой брат Раффиел.

– Раффиел мертв, – ответила она дрожащим голосом.

– В отличие от тебя, девчонка, четырнадцать лет назад я не был ребенком, – фыркнул Востемур. – И отлично все помню: твой трусливый братец пробил себе дорогу к окну и выпрыгнул из него.

Трусливый. Реми затрясло от ярости.

– А потом попал в лапы твоим солдатам, поджидавшим его снаружи! – закричала она.

– Не попал. – И король сделал еще глоток вина. – На моих глазах из семьи Даммакус погибли только твои родители и твой хилый братец.

Рив. Реми сглотнула комок в горле.

– Если ты не нашел его тела в тех руинах, это еще не значит, что он жив, – прошипела девушка.

Король посмотрел на фигуру в синем капюшоне.

– Скажи ей, – приказал он.

Синяя ведьма подняла светящиеся руки к капюшону и сдернула его с головы. При виде ее лица Реми невольно всхлипнула. Она слышала немало страшных рассказов о том, как Северный король пытает синих ведьм, но это…

Голову ведьмы покрывали ожоги, кожа растянулась и обвисла странными лоскутами – красноречивое свидетельство того, что эти шрамы появились не от несчастного случая, а пытки продолжались годами. Не осталось ни волос, ни бровей, глаза были закрыты. Реми в ужасе пригляделась: не закрыты, а зашиты.

У Реми раздулись ноздри, и ее чуть не стошнило. Однако увечья ведьмы не вызвали ни вздоха удивления, ни сочувствия в толпе. Молчаливое спокойствие лишь подтверждало, что замученных синих ведьм они видят не впервые.