Тут увидел, что морской котик почесал брюхо и зевнул. Затем достал из заначки между камней рыбешку, закинул в рот и начал неторопливо жевать. О как. Походу он и есть разумный.

Сделал приближение на котика, чтобы рассмотреть получше. Ну точно, у него отстоящий в сторону от кисти большой палец, что позволяет ему пользоваться ластой как рукой. Ну окей, как мне теперь его завербовать в свою веру?

Попытка послать котику какой-то сигнал ни к чему не привела. Он меня тупо игнорирует. Ленивая скотина, совсем никакого страха божия.

Расширил зону наблюдения и скоро выяснил, что котик там не один. Метрах в пятиста пасется небольшое стадо. Ну как стадо, семейство голов в двадцать пять с явно выделяющимся альфа-самцом, к которому жмутся самочки с детёнышами.

Мой «клиент» в курсе существования счастливого семейства, потому что время от времени делает короткие заплывы «на посмотреть», как там идут дела. При этом как только башка моего ленивого подопечного появляется в зоне видимости вожака, тот издает угрожающий рев, и бедняга торопливо возвращается на исходную позицию гордого одиночества.

— Что болезный? Ты чужой на этом празднике жизни? — обращаюсь к молодому котику сочувственно.

— Бвблюм-бу, — расстроенно согласился подопечный и пошарил ластой между камнями, где у него устроена заначка, — бувлю-бумбу.

Это чо щас было? Это он мне типа ответил? И главное, я ведь прекрасно понял его ответ: «эх, бабу, мне бы бабу…»

— Ладно, чего там. Не ссы в компот. Поищем мы тебе бабу.

— Бувлю-бумбу, — обрадовался котик, и в ту же секунду система оповестила, что в моём хранилище появился первый кубовер.

Так вот как это работает. Я быстренько промониторил ближайшую округу, нашел еще три подобных семейства, но ни одной свободной самочки. Пришлось расширить круг поиска.

Самочка нашлась не так чтобы далеко, но в месте для ластоногого, а заодно и ласторукого, мягко говоря труднодоступном. Толи штормом ее туда закинуло, толи приливом, то ли женским любопытством. Но факт в том, что самочка попала в скальную ловушку и сама выбраться оттуда не может.

Самочка жалостно взывает о помощи, но слышат ее только соленые волны и серые равнодушные скалы.

— Ну что, Блюмба, — возвращаюсь мысленным взором к подопечному, — Быть тебе превозмоганус вульгарус или превозмоганцем обыкновенным. Ну, собственно, все мы с этого начинали.

— Бвлюмбу, — согласился Блюмба с имбецильной радостью на усатой морде. Ради бабы мой непуганый подопечный готов на все. И почему я так пронзительно узнаю в нем себя молодого? Ума не приложу.

Дальше я погнал Блюмбу к самочке, а потом помогал проложить парню первый в его жизни маршрут альпинистского восхождения. Времени убил уйму, но в итоге к моей великой гордости Блюмба спас девушку из каменного плена.

Я выдохнул облегченно и хотел уже прервать сеанс общения с паствой, но Блюмба тут же показал, что без чуткого руководства своего бога способен делать только две вещи: жрать и тупить.

— Куда ж ты собрался, котяра водоплавающий? — ахнул я.

— Бу-влю-бу-мбу, — самодовольно ответил тот.

— С ума сошел? Там более сильные самцы быстренько твою молодую жену отобьют и пристроят в свой гарем. Греби в другую сторону. Там отличный свободный скальный остров.

Парень хоть и туповатый, но исполнительный. И самочка ему, слава богу, попалась без выкидонов. Потратил еще черт знает сколько времени, а помог утроиться на новом месте. Отличная лагуна, с трех сторон защищенная от ветра и полная рыбы. Надеюсь, пару дней без меня как-то протянут.

Только затем я торопливо отключился.