Никки стало нехорошо. Она долго лежала без сна, думая о Гровере и его змеях, о гудящих браслетах, о пророчице, президенте, Боге, борьбе добра и зла, и в конце концов в голове у нее все смешалось. Она встала с постели и на цыпочках поднялась на третий этаж, в детскую. Отис спал на кровати Аманды, но, услышав, как она вошла, спрыгнул на пол и подбежал к ней.

Никки подняла его на руки и забралась с ним в кровать. Нащупав теплое место, где лежал Отис, она положила его рядом и сразу успокоилась. Но ей не удалось хорошо выспаться. Чувство вины или ужаса – она не могла определить – оставалось с ней и утром.

ГЛАВА 21

Готовясь к показу дома

Следующие два дня, среду и четверг, Никки и Кристал готовили «Зеленую гавань» к показу потенциальным покупателям. Тетя поручила племяннице привести в порядок комнаты на третьем

– Не обязательно наводить лоск, но нужно сделать так, чтобы можно было пригласить туда людей, – сказала она. – Разложи аккуратно вещи, убери паутину, подмети. – Кристал оглядела гостиную. – Первые два этажа должны выглядеть как можно элегантнее. Я думаю, с этим мы справимся – дом–то хороший.

Время от времени Кристал поднималась на третий этаж, чтобы посмотреть, как идут дела, и Никки приходилось быстро прятать Отиса в чулан и прибавлять громкость радиоприемника, чтобы заглушить звуки, которые он издавал. К счастью, третий этаж не очень интересовал Кристал. Она заботилась лишь о том, чтобы он выглядел пристойно, и поэтому надолго там не задерживалась.

Работая, Никки, не переставала думать над тем, что такое хорошо и что такое плохо. В четверг вечером, во время обеда, она задала этот вопрос тете:

– Кристал, как ты можешь определить, что хорошо, а что – плохо?

Кристал совершенно вымоталась, переставляя мебель и отправляя коробки с вещами в комиссионный магазин.

– Ты спрашиваешь, как определить, хорошая книга или плохая? Хороший фильм или плохой?

– Нет. – Никки покачала головой. – Я про то, что человек делает. Как понять, хорошо он поступает или плохо?

По телевизору передавали новости.

– Прослушайте заявление президента, – произнес диктор.

Не ответив на вопрос Никки, Кристал подняла указательный палец:

– Давай послушаем.

На экране появился президент:

«Срок ультиматума Фалангии подходит к концу, остается один день. К сожалению, должен отметить, что никакого прогресса в наших отношениях нет. Мы полны решимости и не отступим перед угрозами злобных безбожников. Граждане страны должны быть готовы к конфликтному развитию событий. Всю необходимую информацию можно получить на сайте Министерства национальной безопасности три дабл–ю…»

Кристал выключила радио и нахмурилась.

– Не нравится мне все это. С нами–то ничего не случится, но я волнуюсь за твою маму. Мегаполисам достанется в первую очередь.

– Так давай позвоним ей и скажем, чтобы она приехала сюда.

– Нет, сейчас не время для путешествий. Не знаю, что и делать.

Кристал включила радио, но президент уже закончил свое выступление, а диктор говорил о террористах, которые захватили сотню заложников и заставляют их принять свою веру.

– Теперь ты можешь ответить на мой вопрос? – спросила Никки. – Как определить, что хорошо, а что плохо?

– Это очень сложный вопрос, – ответила Кристал, – а я безумно устала. Но, наверное, если уж отвечать на него, я бы сказала, что нужно посмотреть, не вредит ли кому–нибудь твой поступок, не причиняет ли боль.