— Не переношу спиртное, — ответил я рефлекторно, о чем тут же всплыло новое воспоминание. — Погоди! А градус у этой дури какой?

— Фе… — Иван сплюнул то, что уже успел отпить. — От сорока до шестидесяти… Фе… скисло, что-ли?

— То, что надо!

Пока солдат утолял жажду холодным алкоголем, я начал спаивать Бора. Глотание, как и кашель, — это рефлекс организма. Сознание тут играет функцию регулятора. Так что сейчас татуировщик набивал желудок едва ли не смертельной дозой алкоголя. Если и это не поможет, то я уже даже не знаю, как ещё можно вылечить друга, находясь на самом дальнем краю цивилизации.

С Гераклом ситуация оказалась одновременно и сложнее и проще. Налив бренди в несколько ведер, я выставил их перед конем. А тот лишь отфыркивался и отходил в сторонку.

— Пей, сволочь! Это для твоего же блага!

— Хррр! — мотает головой.

— Пей или захлебнешься пеной!

— Хррр!

— Пей или я тебя парализую и буду кормить силой, как жеребенка, вставив шланг в глотку! Ты меня, сволочь копытная, хорошо знаешь! Раз сказал, что сделаю, значит, сделаю. Пей и не выкобенивайся.

И Геракл выпил все три ведра… а потом попросил добавки. Мы налили, и он снова выдул три ведра за пару минут. И снова попросил добавки. Обоссал всю конюшню крепости, потом умудрился нагадить на стены, но всё равно выпил ещё три ведра бренди, после чего мы эту дурь-машину спаивали уже вином. Только на пятой ходке я вспомнил, что Бор поставил на тело коня несколько татуировок, отвечающих за ускоренный метаболизм. На наше счастье, сам алкоголь из лошади выходил крайне медленно.

К закату мы с Иваном сидели на краю крепости, слушая, как в конюшне вовсю поет песни Геракл. Солдат пил вино и, найдя, наконец, свежие уши, стал рассказывать о том, куда же нас с Бором занесло.

Российская Империя — это то что находится ЗА ее пограничными стенами. Именно ЗА стенами. Прилегающие же к границе регионы и кластеры называют Приграничными. Так, приграничные кластеры всегда стабильны. А в приграничных регионах редко происходит перезагрузка кластеров. Однако, по этой же причине найти там Сердце Региона нереально сложно, а ресурсов в виде металла и ценных пород древесины уже почти не осталось. А то, что есть, находится под защитой государства как стратегический резерв. За Приграничьем следующие три региона принято называть Внешкой.

Как и другие страны Тальзеура, Империя во многом живет за счет ресурсов, добываемых во Внешке. Есть целая государственная Железнодорожная Служба, которая за считанные дни возводит километры быстро собираемых и разбираемых железных дорог. Разведка собирает данные о ресурсах на Внешке в единую базу. Но тут, как обычно, опасность соизмерима с выгодой. Людей гибнет много, но благодаря им жители Империи никогда не голодают, а страна процветает. На Внешке также находят 99 % новых жителей Империи — иммунных жителей Тальзеура, прилетевших вместе с перезагрузкой кластера.

На данный момент такой политический курс считается в странах Тальзеура наиболее эффективным. Приток людей с Земли слишком сильно ограничен пропускной способностью Городов-Поездов.

За Внешкой находится — пояс в один регион — называемый Дальней Границей. В нем Российская Империя имеет ряд постоянных и временных крепостей. В задачи местного гарнизона входит отслеживание перемещений больших орд Зараженных и раннее обнаружение армий возможного противника. Связи между регионами нет. Так что, в случае чего, гарнизон в Дальней посылает курьерскую ракету класса земля-земля в ближайший регион Внешки. А там уже по проводной связи, проложенной вместе с железной дорогой, данные передаются в Империю.

То есть, если считать от стен государства, то выходит следующая картина.