— У Хейвса?!

Вскрыть кабинет директора было преступлением почище всех остальных вместе взятых.

— Я пойму если ты откажешься. — Тут же дополнил он.

— Да Вы сумасшедший! Я никогда на это не пойду.

Я думал, что Саймон будет меня уговаривать, но он лишь улыбнулся.

— Я понимаю, Джек, понимаю. Я просто хотел, чтобы ты знал.

Он встал с пня и пошел прочь, оставив меня одного со списком спасенных. Теперь имя Грегори Бута мелькало у меня перед глазами красным маяком.

— Стойте! — Крикнул я вслед Саймону и побежал к нему.

22

Кабинет директора ночью охранялся «вышибалами». Мы с Джастином договорились дождаться подходящей ночи. Никто из нас не оговорил, когда наступит эта ночь. Наверное, мы должны были почувствовать это. Наконец, такая ночь настала.

В ту ночь на дежурство заступил Дед. Я уже рассказывал вам об этом недоразвитом парне. Он был исполнительным, но на удивление добрым. Он даже в карцеры нас кидал и розгами порол с каким-то щемящим состраданием, что даже нам становилось его жаль.

Я не собирался посвящать Деда в наши с Саймоном дела, но знал, что если нас поймают, то это останется между нами, в крайнем случае, он выставит меня на улицу.

Джастин дал мне фонарик и вручил фотоаппарат, показав как им пользоваться. Я повесил их на шею на два широких ремня и бережливо прижимал к груди, как мать прижимает новорожденного. На самом деле, пробраться в кабинет было несложно. Единственной проблемой, как я уже сказал, оставались охранники, но в ту ночь мы избавились и от нее. Ну, или частично.

Дед спокойно сопел у себя на посту, когда я вскрывал замок. Тот быстро мне поддался и я, осмотревшись, вошел внутрь, прикрыв дверь за собой. Кабинет был мне знаком, я не раз тут сидел, выслушивая длительные, нудные речи директора о моем безобразном поведении. За все эти разы и сумел запечатлеть каждую деталь безвкусного интерьера и точно знал, где хранит архивные документы Хейвс. Странное дело, за десятки лет у него должны были накопиться такие кипы дел, что не хватило бы библиотеки, а у него все умещалось в трех шкафах.

Я стал открывать по очереди все ящики, волнуясь, каждый раз все сильнее, когда оказывалось, что это не те папки.

— Кто здесь?

Голос Деда чуть не довел меня до припадка. Если я еще раз пойду на подобное преступление, стану таким же полудурком, как и Дед. Я хотел юркнуть под стол, но широкая рука схватила меня за воротник и подняла воздух, будто мешок с дерьмом.

— Дед, Дед, это я, отпусти! — Завопил я, болтая ногами.

— Джек?! Что ты тут делаешь? — Он поставил меня на ноги и услужливо поправил воротник.

— Я объясню, только не гони меня. — Отдышался я.

Впервые, как мне кажется, я увидел на его лице осознанность. Я дрожал и заикался и со стороны, наверняка, выглядел как идиот мало отличающийся от Деда.

— Говори. — Тихо сказал он.

— Меня подослали, чтобы узнать кое о ком из старых воспитанников.

— Зачем?

Я вздохнул. Конечно, на что ты надеялся, что он просто отпустит тебя и позволит рыться здесь.

— Это важно для расследования смертей Колли и Карла.

Лицо Деда скривилось. Он, кажется, хотел заплакать. Еще не хватало мне его истерики!

— Они были хорошими ребятами. — Просвистел он.

— Да, — согласился я спокойно, — поэтому нужно узнать, почему они умерли.

— Их убили? — Предположил Дед. Я не знаю с чего он это взял, но предположение навело меня на сомнения.

— Нет. Но это не значит, что виноватых не будет.

— Нужно их найти.