– Ты хотела сказать «тащить вас», маленькая белая звезда?

Кара фыркнула. А ведь в его словах было зерно правды.

– Я вообще не понимаю, зачем тебе это надо. Мы не друзья. Ты решил, что тебе тоже нужен Материк? Поболтать о непростой жизни высших существ?

Мальчик почувствовал, как Харэз напрягся, и одновременно увидел, как Рика обернулась. Казалось даже, она готова сказать что-то нервное, вроде грубого «заткнись», чего за ней по отношению к Каре не водилось. Но она промолчала и опять уставилась вперёд, а над головой раздалось ровное:

– Нет, он мне не нужен.

– А кто тогда? – не унималась Кара.

Харэз поджал губы, но тут же они снова растянулись в сладкой ядовитой улыбке:

– Все ваши головы. Собираю коллекцию. Засушу и подвешу на седло.

Кара дёрнулась, едва не повалившись носом в песок, и он бесцеремонно поддержал её за шкирку, как щенка.

– Шучу, грязнуля. Просто… люблю путешествовать. Это иногда приводит к удивительным открытиям и находкам.

Рика опять внимательно глянула на него; мальчик тоже. Он устал, грезил о привале и не особенно надеялся услышать что-то интересное, но всё же…

– Да и вряд ли ты одна привела бы их к чему-то хорошему. Судя по тому, что ты всё ещё маленькая, командир из тебя… – Звезда двинула ему локтем в живот, но он только поморщился, продолжая: – И воспитание не то. Учись у нашей легенды, она хотя бы бьёт как надо.

Рика самодовольно ухмыльнулась, но влезать в милую беседу не стала. Мальчик тоже решил ничего не комментировать: глаза защипало оттого, что их залил пот.

Кажется, Харэз с Карой готовы были цапаться бесконечно, но продолжить не успели: местность впереди странно изменилась. Позабылась непрерывная шершавая ровность; что-то разрезало пустыню пополам. Харэз остановил верблюда и озадаченно прищурился.

– Неужели… – Он даже подался вперёд, козырьком прикладывая ладонь ко лбу.

Поверхность будто пропахали невидимым, но огромным плугом: широкая колея тянулась вдаль, становясь постепенно всё глубже. Её удивительно гладкие края поблёскивали в свете Невидимого светила и казались твёрдыми, а вот дно покрывал слой свежего песка, возможно, нанесённого бурями. Что за овраг такой? Откуда?

Мальчик осторожно приблизился к самому краю и посмотрел вниз. Там играл робкий ветерок, поднимая и перекатывая горстки искрящихся песчинок. Когда песок стукался о стены, всё начинало мелодично позвякивать; воздух заполнялся этим невесомым звуком и нёс его вверх. Мальчик уже где-то слышал такое… нет, похожее, очень похожее. Подумав немного, он вспомнил: так звучали на городских праздниках круглые музыкальные гремушки. В них тоже насыпали песок. Значит…

– Это стекло, – тихо произнёс он, указывая на скруглённые стены. – Что-то расплавило песок.

– Об этом мы и сами догадались, – подала голос Рика, тоже подошедшая. – Это… чей-то след? Зверя?

Она обернулась. Мальчик тоже посмотрел через плечо и увидел, что Кара слезла с верблюда. Но она не приближалась, а продолжала стоять, и её ничего не выражающее лицо казалось слишком бледным. Харэз наблюдал за ней, медленно почёсывая верблюду холку. Животное смачно зевало и тоже пялилось на провал желтоватыми глазищами.

– Кара, – окликнул мальчик. – Харэз… что бы это могло быть? – С некоторой надеждой он уточнил: – Может, тут проходил недавно Материк?

Очнувшись, звезда всё же сделала несколько шагов, но так и не подошла к краю оврага. Она будто боялась посмотреть вниз. Наконец она закусила угол губы и произнесла:

– Вряд ли, Зан. Это… кажется, мой след. Я упала прямо здесь.

Что-то в словах обеспокоило.