Дуэйн раза два принимался за его чтение, но каждый раз быстро сдавался. Дальше Геттисбургского послания, которое каким-то образом переплеталось со славной историей округа Хардтоп и которое должен был зачитывать Сонни Кроуфорд, ему не удавалось продвинуться.

К ужасу Дуэйна и Лестера, Дженни неожиданно расплакалась. Она стояла под трибуной и всхлипывала.

– Он не сорвется… не сорвется… – принялся утешать ее Дуэйн.

Слезы на лице жены тронули Лестера до глубины души. Он быстро поднялся и обнял ее за плечо.

– Не прикасайся ко мне – ты потный, как свинья! – закричала она, но когда муж попытался отойти, то схватила его за руки и зарыдала.

Через полминуты она успокоилась и, улыбнувшись, сказала:

– Я стала такой нервной. Вы должны помнить об этом.

– Мы помним, дорогая, – проговорил Лестер. – Идем? С тобой все в порядке?

– Да… надо подключить аппаратуру, – деловито заметила Дженни, хотя в этот миг с ее губ скатилась слеза.

В то время когда Дуэйн стоял с микрофоном в центре большой площадки и чувствовал себя глупо, повторяя раз за разом: «Проверка, проверка», то уменьшая, то увеличивая громкость в ответ на взмахи рук Дженни и Лестера, расположившихся на противоположных трибунах, место парковки постепенно заполнялось прибывающими машинами. Они все прибывали и прибывали. Складывалось впечатление, что сюда съехалась чуть ли не половина населения округа. Вскоре уже не менее двухсот человек бродило вокруг, горя желанием поскорее начать актерскую карьеру, то сбиваясь в кучи, то расходясь, в ожидании того, что им велят делать.

В подготовительной суете о Дуэйне вскоре забыли, хотя он продолжал стоять с микрофоном в руке и даже периодически произносить «Проверка, проверка» для того, чтобы убедить себя, что делает что-то полезное.

Вскоре Дуэйн заметил, как подъехал «мерседес» Джейси и БМВ Карлы, и из машин высыпало все его семейство, вплоть до маленького Майка, Барбет и Шорти. Дики прямиком направился к группе молодых замужних женщин, которые в намечавшемся празднике должны были исполнять танцы первых колонистов. Их мужья все были из ковбоев; им предназначалось играть самих себя, а также индейцев. Ковбои пугались большого скопления народа и жались к загонам для крупного рогатого скота, разматывая и сматывая свои лассо.

Карла с Джейси выглядели так, словно они только что вернулись из универсальных магазинов. На женщинах были белые просторные брюки и черные рубашки с короткими рукавами. На голове Джейси, державшей на руках Барбет, был белый козырек. Она подошла к Дуэйну и передала ему девочку.

– Ты теперь можешь перестать повторять «Проверка, проверка», Дуэйн, – сказала она. – Микрофон и без того работает отлично.

– Привет, Дуэйн, – взмахнула рукой Карла. – Как жизнь без единой души в доме?

– В доме объявились две души – Бобби Ли с Дики.

– Я не думаю, что у Бобби Ли вообще есть душа, – со смехом возразила Карла.

– Дики мебель не ломал.

– Я знаю. Просто ему в жены досталась сука, которая вечно врет.

– И которая чуть не убила людей.

Прежде чем им удалось в деталях обсудить эту ситуацию, к ним подбежала Дженни. От ее нервозности не осталось и следа. Неорганизованная масса людей вызывала у нее стремление организовать их, поэтому она накопила за годы богатый опыт в проведении всевозможных распродаж, благотворительных базаров, турниров по софтболу, ночных турпоходов, эстрадных представлений в перерывах между спортивными состязаниями, пикников и так далее, и тому подобное.