— Думаю, именно поэтому вас так любят рекруты. Вы легко могли бы стать одним из них. А вот я не смогу.

— Это неподобает военно-морскому офицеру. Но это необходимый навык для любого из младшего офицерского состава. Умение сказать «ё… твою мать» часто помогает.

Похоже, Линдсей начала таять.

— У меня есть кое-что из кулинарных изысков Эдди. Хотите попробовать? — Она встала и вытащила из-под раковины пятилитровый контейнер. Шан удивилась, почему она, находясь в таком состоянии, не попросила ее помочь. Но Линдсей ничего подобного не сделала. Когда она открыла крышку, Шан почувствовала сладковатый аромат.

Линдсей налила жидкость в небьющиеся стаканы.

— Это лучшее из того, что ему удалось нахимичить. — Напиток казался почти прозрачным.

Шан посмотрела жидкость на свет. Пить — значит показать свою слабость, но пиво Эдди казалось довольно густым, так что, смягчившись, суперинтендант чокнулась стаканом с Линдсей, а потом мрачно заметила:

— Вы уверены, что вам стоит пить, в вашем-то положении? Прежде чем ответить, Линдсей нежно погладила свой животик.

— Крис всегда говорил, что немного выпивки не повредит. Да и напиток-то не слишком крепкий. — Тут она печально улыбнулась. — Было время, когда я считала, что вы всего лишь гражданский балласт, ненужный нашей миссии. Но я ошибалась. Прошу прощения.

— Не стоит… Но все равно спасибо.

— К тому же мы сейчас попали в довольно неприятное положение, не так ли?

— Да, но мы вернемся домой. Целыми и невредимыми.

— Я вам верю, — кивнула Линдсей. Она стала доливать стаканы, но тут из контейнера выскользнул большой сгусток неведомого вещества… Шан заколебалась, а потом дала ему погрузиться на дно бокала. Все равно она собиралась сделать всего пару глотков. — Думаю, все так и будет. Мы… единый отряд. Я… верю вам. И все мы чувствуем, что можем на вас положиться.

Бедная Линдсей. Она-то говорила все это с полной искренностью, считая, что тем самым выражает свою солидарность с Шан. Неожиданно у суперинтенданта свело желудок. Она почувствовала, что переусердствовала. Она разозлилась, и ей захотелось послать и Линдсей, и всю компанию куда подальше, заняться решением своих проблем. Никогда ни с кем ее отношения не складывались гладко, ни с матерью, сосредоточенной на самой себе, ни с мечтательным отцом-идеалистом — бесполезным человеком. Разве что можно исключить ее первого сержанта, но тогда она еще была стажером и не несла воинской повинности.

«Я сыта по горло тем, что, похоже, я — единственный взрослый человек на всю экспедицию, — подумала она. — Хотела бы я, чтобы кто-то решал все за меня».

— Попытаюсь поддержать вас, — пообещала она и еще глотнула пива.

Джоша дома не оказалось. Шан, как всегда, любезно поблагодарила его домашних и отправилась к ближайшему общественному зданию колонии — к школе.

— Я ищу Джоша или Араса, — объявила она первому встречному — женщине, которая торопливо спускалась по лестнице, врезанной в скалу. — Извините, что задерживаю вас.

Отойдя от лестницы, незнакомка повернулась к древней консоли на одном из столов.

— Вам нужна вторая комната налево, — сообщила она и вновь направилась к лестнице. — Я думаю, там уже собралось много народа.

Шан услышала голос Араса еще до того, как добралась до комнаты. Однако слов разобрать не смогла. А потом она была удивлена еще больше, когда обнаружила, что в комнате около пятидесяти ребятишек. Все они собрались вокруг стола в центре класса, в абсолютной тишине слушая, как Арас объясняет нелепые движения дюжины или около того крыс, которые бегали туда-сюда по гладкой поверхности, время от время останавливаясь, чтобы встать на задние лапки, с сопением втягивая воздух.