Шан свернула экран и откинулась на спинку кресла, не уверенная в том, что геолог может ей показать. Чампсиаукс выглядел очень наивным. А может, это впечатление сложилось у Шан потому, что Чампсиаукса финансировали не столь уж агрессивные организации. Так или иначе, но выглядел он настоящим ботаником. Его интересовали только камни. Он не пытался расшифровать генные коды, не манипулировал бактериями, пытаясь разобраться с неизвестными болезнями, не бросал вызов самой Природе. Он всего лишь созерцал ее творение.

А теперь он хотел, чтобы и Шан взглянула на то, что он откопал. Это было очень яркое изображение, отпечатанное на смарт-бумаге, оно выглядело много реальнее обычных образов на экране. Шан взяла лист, который он протянул, и уставилась на него. Красные, синие и грязно-зеленые трехмерные образования — словно ты смотришь через глаз летящей высоко в небе мухи, а земля медленно разворачивается перед тобой. На вершине этого миниатюрного мира находились перекрестья желтых и фиолетовых линий. Их было очень много, неестественно много, и все вместе это напоминало какую-то диаграмму. Причудливые клеточки расползлись по всему листу.

— Город, — только и сказал Чампсиаукс.

— Не могу сориентироваться с масштабом.

— Представьте себе Нью-Йорк, — предложил Чампсиаукс. — Город миллионов. Даже если такие физические разграничения, как стены и дороги, исчезли со временем, все равно остается пассивное нарушение естественного пейзажа. Вы сможете что-то увидеть только с помощью сонара или лазера, установленного на орбите.

— Конечно. Я часто видела фотографии археологов. Скажите мне, это фото какой территории?

— Это острова той же цепи, что и наш. Тут все острова вплоть до береговой линии континента. Когда-то в прошлом эта планета была плотно заселена. Однако я не эксперт, я всего лишь геолог, но могу вычислить возраст этих руин так же хорошо, как и любой другой.

Шан внезапно вспомнила, как она стояла с Джошем Гарродом. Тот смотрел на пустоши, протянувшиеся к берегу. Тогда он сказал, что некогда там было поселение, которое полностью уничтожили. Теперь Шан попробовала сориентироваться, определить место из базы на этой карте.

— А где мы находимся?

Чампсиаукс щелкнул пальцем по изображению на самом краю смартфото, и тогда появилось новое изображение.

— Вот здесь, — сказал он и еще раз щелкнул, увеличив масштаб изображения.

Теперь Шан смогла различить береговую линию, крошечное пятнышко их лагеря и едва заметную цепочку куполов Константина. Прежние постройки были отмечены на слое более слабых линий сетки, но они покрывали весь остров словно паутина. А когда Шан изменила масштаб, она увидела, что следы построек есть на следующем острове и еще на следующем.

Однако эта сеть следов могла оказаться много старше, чем отсутствующий город. История этой планеты была одним из тех пробелов, которые она хотела заполнить. Тут могло произойти то же, что и на Земле, — глобальное строительство: здание за зданием, столетие за столетием. Но она знала, что все это ей сильно не нравится.

Вес'хар не просто стерли город, они уничтожили целую расу.

— Могу я оставить снимок у себя? Я хотела бы его кое-кому показать.

Чампсиаукс кивнул.

— И как вам все это? Я понимаю, мы тут не для того чтобы заниматься археологией, но ведь это — адская находка!

— Это зависит от того, в самом ли деле эти линии — следы искусственных образований. А ведь они могут напоминать дороги через болото.

Кроме того, многое зависит от того, почему эти города перестали существовать. Шан чувствовала, что вес'хар просто так ничего делать не станут. Однако Чампсиаукс явно нервничал.

— Посмотрим, что я смогу узнать у местных жителей, — продолжала Шан, пытаясь выглядеть как можно более беззаботно, а не как человек, худшие подозрения которого только что подтвердились.