Она проклинала себя за то, что сама не проверила защитную сеть, не узнала, как та работает, и не проследила за отключением части функций защиты. Не стоило доверять куму-то делать эти вещи.

Джош чуть обогнал ее. Шан отлично слышала его дыхание. Хотя это было скорее рыдание, чем вздохи, словно ему приходилось бороться за каждый вдох. «Больше он никогда не поверит моим обещаниям». Сержант, который ее тренировал — теперь-то он давно умер, — часто нашептывал ей в ухо, что все всегда нужно увидеть собственными глазами, проверить самой. Второй раз в жизни она отмахнулась от его слов…

— Боже! — пробормотал Джош. Но он, естественно, подразумевал совершенно другое.

Небольшое транспортное средство по большей части осталось целым. Если бы можно было вновь собрать его, то размером оно было бы с большой джип. Шан видела заднюю часть сиденья, торчащую из вздыбленной земли, и то, что скорее всего раньше было передними стабилизаторами. Машине крепко досталось. Самое время поискать тела. Шан чуть отступила и, выдвинув антенну, приказала компьютеру просканировать место катастрофы. А Джош тем временем начал руками разгребать обломки. Шан ничем не могла ему помочь. Она и дышала-то с трудом.

Тут было достаточно места, чтобы выйти вперед и осветить сцену катастрофы. Шан заранее подготовилась к потрясению. Всегда неприятно обнаружить чьи-то внутренности и отдельные части тела, и сколько раз ни оказываешься на месте несчастного случая — чем хуже картина, которую вы заранее представили, тем легче потом смириться с неприятной реальностью.

Шан провела по обломкам лучом фонарика.

— Боже мой, Иисусе! — только и смогла произнести она, забыв, насколько чувствителен к подобным замечаниям ее спутник. У нее аж земля ушла из-под ног.

Из-под обломком в ее сторону вытянулась рука в перчатке — рука со множеством пальцев…

Шан установила шебу на плоской поверхности крыши кабины, так чтобы ее свет высветил тело. Джош тут же схватил шебу и передвинул ближе к Шан. Без всяких слов она поняла, что если не станет действовать осторожнее, то может повредить тому, кто ехал на переднем сиденье. Скрежет металла заставил ее замереть. Куски корпуса разошлись и разлетелись в разные стороны, словно по ним изнутри с дикой яростью ударила огромная птица. Из-под обломков вылез кто-то, но не смог удержаться на нагах и тут же упал на колени.

Джош бросился на помощь незнакомцу.

— Арас, Арас, — твердил он. — Арас, с тобой все в порядке? Ты не ранен?

Инопланетянин был большим, по-настоящему большим. Шан внимательно смотрела на него, пока он не смог разогнуться. Его движения ничуть не напоминали движения человека. И пахло от него не так, как от человека. И звуки, исходящие от него, нельзя было назвать человеческими. Он был инопланетянином, настоящим живым инопланетянином, тем, кого до сих пор видела лишь маленькая горстка людей. И осознание этого — потрясающая радость случившегося — смешалось в Шан со страхом приближающегося кризиса.

Инопланетянин. Боже и Матерь Божья! Это же самое удивительное создание в мире, и она видит его.

Какой-то звук, более низкий, чтобы можно было его услышать, но раздражающий, вызывающий зуд где-то в глубине ушных раковин, остановил ее. Потом этот звук стих.

Существо, представшее перед Шан, имело две верхние конечности, две ноги и голову, точно там, где располагалась голова у человека. Может быть, именно из-за этого он выглядел таким удивительным. Шан осторожно вытянула руки открытыми ладонями вперед, чтобы показать, что у нее нет никакого оружия.

— Мне жаль, — пробормотала она. — Это ошибка. Мы не хотели причинить вам вред.

Но понял ли он, что она сказала? Его глаза — очень темные, обведенные белыми кругами — напоминали глаза зверя, только в отличие от глаз зверей, которые она видела неоднократно, в этих глазах светился разум.