– Разденься, – проворчал он раздосадованным тоном, окидывая ее взглядом. – И поскорее.

Нэнси издевательски улыбнулась:

– В чем дело, Кори? Неужели одной мысли об этой твари наверху достаточно, чтобы возбудить в тебе желание? Уж не думаешь ли ты, что можешь утолить свою похоть со мной? У меня тоже есть гордость, и я не потерплю…

Он стремительно пересек комнату, одним быстрым движением сильных рук разорвал на Нэнси платье до талии и грубо швырнул ее на пол.

– Как ты смеешь… – истошно кричала она, отбиваясь от него, между тем как Кори сжал ей грудь. – Кори! Я не позволю тебе брать меня вот так!

Он изо всех сил ударил ее. Она замолчала и лежала неподвижно, совершенно ошеломленная, а он ухватился за ее колени и, разведя их в стороны, проник в нее. Главное – удовлетворить страсть, и как можно скорее. Лишь грудь Китти он мечтал осыпать поцелуями, грезил лишь о том, как губы ее сольются с его губами. Теперь же он просто дал волю снедавшей его похоти.

«Китти… Китти…» – словно кричал его рассудок, между тем как он, ритмично двигая бедрами, овладевал раз за разом женщиной, беспомощно распростертой на полу. Очень скоро он почувствовал облегчение в чреслах и, совершенно обессиленный, открыл глаза и уставился сверху вниз на холодное, сердитое лицо Нэнси, желая всем существом, чтобы на ее месте была Китти, смотрящая на него с любовью.

Он поднялся с пола и стал поспешно одеваться, пробормотав на ходу Нэнси, что она может идти.

– Ах, вот как? – воскликнула она возмущенно, вскочив на ноги. – Ты зовешь меня сюда как… как какую-нибудь служанку, срываешь с меня одежду и насилуешь.

– Я тебя насилую. – Он презрительно фыркнул. – Еще ни одному мужчине не приходилось брать тебя силой, Нэнси. Ты была рассержена и хотела со мной поиграть, только и всего. А теперь уходи. Я хочу побыть в одиночестве.

– Я не уйду, пока не скажу тебе всего! Я требую, чтобы ты удалил из дома эту женщину. Пусть я всего лишь твоя любовница, а не жена, Кори, однако я вправе рассчитывать на уважение. Все знают, что она собой представляет. Как ты посмел опозорить дом, позволив ей здесь произвести на свет незаконного ребенка? Как ты допустил такое?

– Я не обязан давать тебе отчет в своих поступках, Нэнси.

– Я отказываюсь оставаться здесь, вместе с ней!

Они стояли лицом к лицу, и оба прямо-таки тряслись от злости.

– Я хочу, чтобы ты убралась из дома, – злобно прошептал Кори. – Чтобы через час тебя здесь не было! У Китти были тяжелые роды, и она все еще очень слаба и нуждается в длительном отдыхе. Твое присутствие совсем ни к чему.

– Потому, что я презираю ее и не скрываю этого? – Нэнси с надменным видом откинула назад длинные волосы. – У меня на то свои причины.

– Да, да, я уже много раз о них слышал, – отозвался Кори устало. – А теперь сделай милость, оставь меня.

– Ты серьезно? – Глаза ее превратились в узкие щелки. – Ты действительно хочешь, чтобы я покинула этот дом, после того как столько месяцев была твоей любовницей? Как ты смеешь, Кори Макрей, обращаться со мной так подло? Я требую к себе уважения…

– Нэнси, я никогда и ничего тебе не обещал. Даже не предлагал переехать сюда и жить со мной. Просто так вышло. Ты оставалась у меня раз за разом, а потом приказала перевезти сюда свои вещи, полагая, что прочно обосновалась в этом доме. Но я не помышлял о том, чтобы оставить тебя тут навсегда. Пора освободить меня от своего присутствия.