Они подкатили камнемет к месту, указанному Шевцовым, в стороне от дороги. Артем посмотрел на Ольгу и совершенно отрешенным голосом попросил:

— Оля, смени, пожалуйста, женщин, но, прежде чем они пойдут отдыхать, пришли их ко мне.

Она взглянула на нею с удивлением, но он уже взялся помогать Шевцову и Малееву монтировать камнемет. Они решили установить его на небольшом возвышении, чтобы увеличить путь короткого плеча.

Подошли Агнесса и Надежда Антоновна и доложили: во время их дежурства ничего нового у моста не произошло.

— Какое-то движение на том берегу наблюдали? — спросил Артем.

— Нет, — ответила Агнесса, — словно вымерли.

Ни звука, ни движения.

— Как вы думаете, они еще там?

— Конечно! — воскликнула Агнесса и переглянулась с покрасневшей вдруг Надеждой Антоновной. — Мы с Надей засомневались поначалу, потом решили проверить. Надели Надину панамку на палку и помахали ею. Я видела, так в кино делают.

Шевцов поднял голову от камнемета:

— Ну и что, изрешетили вашу панамку?

— Нет, мы вовремя ее убрали.

Артем хмыкнул:

— Вы делаете определенные успехи, дорогие дамы, но, будь моя воля, я бы отправил вас «на губу»!

— Артем, — произнесла Агнесса нараспев, — не сердитесь. Мы знаем, что провинились, и поэтому в качестве наказания сейчас пойдем и приготовим вам обед. — Она подмигнула Чекалиной и рассмеялась. — Ребята, вы не представляете, как мы развлеклись…

Женщины повернулись и направились к убежищу, оставив Артема чуть ли не в шоке. «Развлеклись»! Ничего себе невинные дамские забавы!..

Сборку камнемета они закончили через три часа. Каширский, усталый, перепачканный, но довольный, обошел его со всех сторон и, вытирая лицо носовым платком, восторженно произнес:

— Ну вот, все готово! Честно сказать, никогда не думал, что увижу подобное орудие в действии, разве что в кино… Когда я делал чертеж камнемета, ко мне подошел Дима и спросил, не весы ли это правосудия? Я сказал, что да, весы правосудия. Он посмотрел на меня как на сумасшедшего, но на самом деле мы оба были недалеки от истины.

Он закрыл глаза и с драматическим пафосом продекламировал, видимо цитируя, статью из энциклопедического словаря:

— «Камнемет» — другое название «требуше». От латинского «требушетум», старофранцузское «требушет». Пара весов, взвешивание. — Он открыл глаза и протянул руку к машине. — Видите явное сходство?

Никто этого не отрицал. Камнемет действительно выглядел как большие весы-коромысло, только одно плечо было длиннее другого.

— И сильно эта штука брыкается? — спросил Артем. — Какова отдача, например?

— Она почти незаметна, поглощается землей, — ответил Шевцов, и Артем заметил, что генерал смотрит на свое инженерно-техническое детище с неприкрытой нежностью. Артем перевел взгляд на его руки — сплошные ссадины, порезы, два пальца перебинтованы черной от грязи тряпкой — и подумал, что нет ничего дороже для матери, чем ребенок, рожденный в муках. И хотя лицо Шевцова, заросшее по самые глаза черной с проседью щетиной, никак не напоминало лицо молоденькой роженицы, Артем нисколько не удивился, что подобное сравнение пришло ему в голову, лишь усмехнулся несвойственной сентиментальности.

Шевцов еще раз осмотрел всю эту на первый взгляд совершенно бредовую систему блоков и веревок и сказал:

— Все в порядке.