— Ну что, благополучно ушли ребята и наш общий друг Синяев? — спросил, усмехаясь, Шевцов.

— Ушли, — ответил Артем и оглянулся в сторону Тагульского хребта. — Думаю, сегодня они подойдут к перевалу, по крайней мере, будем на это надеяться. — Он обошел вокруг камнемета, одобрительно хмыкая и покачивая головой. — А вы неплохо поработали! Каюсь, думал, вы не успеете к утру.

Шевцов сделал вид, что щелкнул каблуками:

— Рады стараться, товарищ командир! Сделали все, что смогли… за такое короткое время и с такими материалами.

— Но я все равно не понимаю, как он будет работать? — Артем еще раз обошел камнемет, с недоумением взирая на громоздкую и внешне несуразную конструкцию.

— Камнемет сейчас в разобранном виде и готов к транспортировке, — ответил Шевцов, — в собранном виде он внушает гораздо большее уважение и производит впечатление даже на таких скептиков, как я.

— Артем, Женя, — прервал их Каширский, — мне в голову вдруг пришла еще одна идея. Среди бочек с соляркой, оказывается, есть одна с керосином. Конечно, это немного не из области моих увлечений, но я вспомнил про одну штуку, которую на Западе прозвали «молотовский коктейль»… Кажется, ее придумали наши солдаты во время войны с финнами.

— Господи, профессор, вы опять попали в яблочко. — Артем мгновенно вспомнил о массе пустых бутылок, валявшихся за сторожкой, и повернулся к Ольге и Малееву, о чем-то тихо беседующим в стороне от прочей компании:

— Соберите-ка все пустые бутылки. — Затем направился к камням, в которых скрывались бочки с горючим, но не выдержал и спустился к контейнеру, в котором Рыжков обнаружил ящик с водкой.

Все подходы к сторожке и контейнерам скрывались среди пихтового молодняка, и Артем точно знал, что никто не увидит, чем он сейчас занят.

Поэтому без особого опасения открыл дверь контейнера и остановился на мгновение, увидев то, к чему стремился все это утро, — ящик с водкой.

Медленно наклонившись, он взял бутылку, нежно, как ни одну женщину на свете, погладил ее и посмотрел на свет. И облизал губы, предчувствуя ни с чем не сравнимое блаженство. Он быстро затолкал бутылку в нагрудный карман, проверил, не слишком ли она выпирает. И уже через несколько мгновений стоял возле бочки с керосином, где его и застала Ольга.

Она принесла с собой с десяток пустых пыльных бутылок.

— Каширский сказал, что это очередной сюрприз для бандитов. Мы их будем забрасывать пустыми бутылками?

— Нет, не пустыми. От таких сюрпризов, какой мы сейчас с тобой приготовили, немецкие танки горели, как снопы соломы. Помнишь, в школе изучали: подвиг героев-панфиловцев и все такое прочее? Наши бойцы встречали их танки бутылками с керосином, и немцы, говорят, боялись их не меньше легендарных «катюш».

— Здорово! — восхитилась Ольга. — Я давно уже убедилась, что наш профессор — просто гений. Надо же, придумать такое!

— Да, голова у него работает что надо, а я вот человек военный, то есть бывший военный, — быстро поправился он, — но до такой простой штуки не додумался. А ведь и про бочки с горючим знал, и видел эти бутылки.

— Думаю, нам понадобится какая-то ткань, чтобы сделать пробки и фитили, — вдруг проявила недюжинные знания в изготовлении самодельных бомб Ольга. — Подожди, я схожу поищу что-нибудь.

Артем начал наполнять бутылки керосином, и, когда она вернулась с куском материи — чьей-то бывшей рубашкой, он показал ей, как надо затыкать бутылки, оставляя фитиль, который потом можно будет без труда поджечь.

— Где остальные? — спросил он.