– Обязательно напишу, – стараясь не разреветься навзрыд, произнесла Антонина. – Я вас буду помнить, девчонки. Никогда не забуду. Я ведь уезжаю, а вы остаетесь.

– Ну вот. Чего ты разревелась? – укоризненно произнесла Вера, не без труда сдерживая слезы. – Разве не знаешь, что тяжелее тому, кто уезжает. Мы-то здесь все вместе, а ты одна.

Прощание затягивалось. На войне это хуже всего. Как-то уж так тут заведено. Скорые встречи и такое же быстрое расставание.

– Все, я пойду, – уверенно проговорила Антонина и заторопилась к повозке.

Обернулась она только в тот самый момент, когда возница пошевелил своим долговязым телом и взял в руки вожжи.

Антонина помахала недавним соседкам ладошкой, распрямила узкую красивую спину и посмотрела куда-то далеко вперед.