- Вот уж верно.

- Не подведи, охотник.

Херцог хитро прищурился и подмигнул. Тяжелая винтовка в его руках замерла, уставившись круглым глазом оптического прицела на что-то, видимое только ей. Дирк выглянул наружу, проверить обстановку. Еще полдесятка «Висельников» заняли прилегающие траншеи, обеспечив подходящий для стрельбы сектор. Пулеметов при них не было, только винтовки, но Дирк надеялся, что «браунинг» Риттера проявит себя достаточно хорошо.

- Приготовить гранаты! – сказал он так, чтоб мертвецы услышали его, - Держать под рукой! Грана…

Еще один снаряд обрушился на перегородку метрах в пятнадцати от наблюдательного пункта, прыснул во все стороны раскаленной сталью, засыпал землей. Дирк пошатнулся – снаряд был невелик, но взрывная волна едва не швырнула его обратно в дверной проем. Повезло, успел схватиться рукой за арматурину.

- Гранатами огонь на пятидесяти метрах! – сквозь звон в ушах он не слышал собственного голоса, - Не раньше! Осколки им не повредят! Метать под ноги!

Одному из «Висельников» снарядом оторвало несколько пальцев на руке. Он уставился на культи, торчащие из смятого железа, но быстро пришел в себя, перехватил другой рукой карабин. Еще два снаряда друг за другом лопнули где-то за второй линией траншей, землю под ногами опять качнуло.

Но артобстрел не мог длиться вечно. Обработав передний край, французские артиллеристы рано или поздно должны были заткнуть свои орудия, чтоб не навредить своим же мертвецам, идущим на штурм. На это Дирк и надеялся. Значит, надо продержаться под этим шквалом еще минут десять или того меньше. Совсем немного. Совсем…

Очередного взрыва он даже не увидел. Просто обнаружил себя лежащим, упершимся спиной в бетон наблюдательного пункта. Рефлекторно провел стальной ладонью по лицу – убедиться в том, что оно на месте, а не повисло грязно-розовой кашей на стене траншеи. Мысленно выругал себя за то, что так и не надел шлема.

С трудом поднялся.

С края траншеи сползал «Висельник», оставив на бруствере винтовку. Половины головы у него не было, осколок перерубил шлем пополам, оставив на плечах подобие не до конца распустившегося цветка – серое, красное и черное в обрамлении металлических  лепестков. Но, несмотря на это, «Висельник» попытался сделать шаг. Тело в панцире качнулось вперед и дернулось, силясь удержать равновесие.

- Кваррр-р-рр… Кхаарр-р-р… Крр-ррх… - под стилизованным стальным черепом застучала перекошенная челюсть, - Кварр-р-рх… Каррх…Унтррр…

Полу-обезглавленное тело пыталось устоять на ногах и что-то произнести. Это было отвратительнее, чем стоны умирающего или вой смертельно-раненного. Это была насмешка Госпожи, шатающаяся, дергающаяся уродливая насмешка.

- Да добейте же его! – закричал Дирк, глядя, как остальные «Висельники» беспомощно наблюдают за несчастным, - Огонь!

Кто-то торопливо выстрелил в обезглавленного из карабина, промахнулся, выругался, выстрелил вновь… Наконец тело в доспехах качнулось в последний раз, привалилось к стене и сползло на дно траншеи. Может, это тоттмейстер Бергер отключил своего слугу, почувствовав, что тот стал бесполезен.

- Ты с ума сошел, торчать снаружи под таким огнем! – буркнул Херцог, когда Дирк ввалился внутрь наблюдательного пункта, - Хочешь, чтоб самому голову снесло?

- Я должен организовать оборону.

- Твои парни справятся без лишних приказов.

- Крамер неопытен.

- Крамер? Видел этого парнишку. Ничего, надежный. Справится.

- Эшман, как ситуация?

- Пехота – четыреста! – ответил за того Риттер, - Танки – восемьсот.

- Оторвались, - довольно пробормотал снайпер, - Неопытны их мертвецы.