Женщина попыталась идти, но колени подкосились.

— Ох и вонища от тебя, девочка. Пойдем с Марри.

— Help, — прошептала женщина. — Help те.

— Само собой. Я аккурат это и делаю. Ты, поди, не понимаешь, об чем я толкую. Но мне самой довелось бывать в таких же вот переделках и…

Так Марри приговаривала всю дорогу до лестницы, а потом чуть не на руках втащила пленницу вверх по пяти ступенькам и довела до лифта. Когда подошла кабина, Марри радостно улыбнулась и погрузила ее туда.

— Обопрись, — сказала она, кивнув на стальные перильца. — Сейчас. Мигом домчит до места. Ба, ну и видок у тебя!

Только теперь, в ярком свете неоновых ламп, Марри как следует разглядела ее лицо. Громадная шишка у виска окрашивала пол-лица в синеватый цвет, глаз заплыл. На шее пятна запекшейся крови.

— Одежа-то у тебя дорогая, — скептически заметила Марри, пощупав красный жакет. — Не из «Фретекса», не-ет.

Дверцы лифта открылись.

— Будь хорошей девочкой, держись покрепче за Марри.

Женщина безучастно стояла открыв рот. Глаза совершенно безжизненные, Марри поднесла к ним тощую руку, щелкнула пальцами:

— Эй! Слышишь? Идем!

Обхватив женщину левой рукой за талию, а правой поддерживая под мышку, Марри потащила ее к двери квартиры. Искать ключи она не стала, локтем нажала на звонок.

Прошло несколько секунд.

— Help, — простонала женщина.

— Сейчас, сейчас, — нетерпеливо повторила Марри и позвонила еще раз.

— Марри! — радостно воскликнула Ингер Юханна. — Где ты пропадала? Я…

— Я нашла в подвале шлюху, — решительно сообщила Марри. — Похоже, из русских или еще из каких приезжих, но, по-моему, все равно надо ей помочь. Бедняжка. Мерзавец какой-то над ей изгалялся…

Ингер Юханна стояла как громом пораженная.

— Ну-ка посторонись!

— Ханна, — негромко позвала Ингер Юханна, не сводя глаз с женщины. — Иди сюда.

— Ханна не из таких, кто вышвырнет за порог побитую шлюху, — свирепо буркнула Марри. — Посторонись! Быстрей!

— Ханна! — громко окликнула Ингер Юханна. — Скорее сюда!

В глубине холла, на фоне стеклянной стены, за которой деревья тонули в вечернем сумраке, появилось инвалидное кресло. Ханна медленно направилась к ним. Резиновые колеса чуть слышно шуршали по паркету.

— Ей только искупаться надо, — умоляюще сказала Марри. — И поесть немножко, наверно. Пожалуйста, Ханна. Ты же добрая душа.

Ханна Вильхельмсен подъехала ближе.

— Madam President, — сказала она, наклонила голову, потом подняла глаза и сделала крохотную паузу. — Come in, please. Let's see what we can do to help you.[34]

25

— Позвольте подвести итог, — сказал Ингвар. — Во избежание недоразумений. — Он провел пальцами по волосам и сел верхом на стул, вертя в пальцах красный фломастер. — Итак, тебе позвонил человек, с которым ты никогда не встречался.

Герхард Скрёдер кивнул.

— И ты не знаешь ни откуда он, ни как его зовут.

Герхард опять кивнул.

— И как он выглядит, понятно, тоже не знаешь.

Задержанный почесал в затылке и смущенно уставился на стол:

— Это ж не видеотелефон.

— Стало быть, — нарочито медленно проговорил Ингвар и закрыл лицо руками, — ты утверждаешь, что согласился выполнить поручение какого-то типа, с которым говорил только по телефону и даже имя которого тебе неизвестно, поскольку ты в глаза его не видал.