— А что это? Там не бомба? — Левинсон полез в кулек. — Там же «Хамаз» бушует…

— Клава, специально для тебя искал. А то как-то несолидно. Пишешь всякой дрянью. — И он протянул ей дорогую ручку. Красивую, позолоченную, перьевую.

— Ой, спасибо, Витенька. Ой, спасибо… — Она чмокнула его в щеку и сразу стала искать бумажку, чтобы испробовать, как пишет.

— Ну уважил, Сергеич, ну уважил. — На Левинсоне красовалась вышитая золотом ермолка, а в руках он держал пакет мацы. — Теперь хоть в синагогу.

— Игорь, держи. — Чубаристов протянул ему солнцезащитные очки. — Это, правда, не «Рейбан», но в них вся израильская полиция ходит, и армия заодно.

— Спасибо, Виктор Сергеевич. — Игорь бросился к окну, стараясь увидеть в нем свое отражение. — Клавдия Васильевна, ну как? Мне идет?

— Идет, идет. Вылитый Джеймс Бонд. — Клава исписывала своей росписью второй лист бумаги. Ручка писала просто отлично. Ленка, конечно, пристанет, чтобы подарила, но обойдется.

— А как у вас дела? — поинтересовался Виктор Сергеевич, сев за стол и проверяя его содержимое.

— Слушай, ты же еще последнюю новость не знаешь! — хлопнул себя по лбу Левинсон. — Приходит баба в суд подавать иск на Горбачева…

— Алименты? — Чубаристов улыбнулся. — Родимое пятно у дочки.

— Да. А откуда ты знаешь? — Левинсон опешил.

— Так по телевизору показывали.

— Где, в Израиле?!

— Ну да! — Чубаристов засмеялся. — В новостях. Даже фотографию дочки и родимое пятно крупным планом.

— Но откуда они узнали? — Левинсон удивленно посмотрел на Клаву, как будто она знает ответ на этот вопрос. — Мы же не печатали и не заявляли нигде.

— Нет, он точно шпион. — Чубаристов расхохотался. — И к тому же с дырявой памятью. Колись, Левинсон, за сколько дезу толкнул. Клава, может, его арестовать?

— Ну дают, ну дают. Знай наших… — забормотал Левинсон, гордо оглядываясь по сторонам.

— Игорь, данные по Денису этому самому проверил? — спросила Клава, убирая ручку в сумку. Хоть какое-то утешение после пальто.

— Нет, еще не успел. — Игорь все не мог успокоиться и примерял очки. — За ответом по сосискам ходил.

— Да сними ты их, — Клавдия Васильевна улыбнулась. — Тут же солнца никакого нет. Лоб разобьешь.

— Ничего, в них видно. — Игорь спрятал очки в карман. — Так я пойду в картотеку?

— Ладно, потом сходишь. — Клава вздохнула. — Когда поменьше народу будет. И вот еще этого проверь, забыл? — Она подала Игорю водительское удостоверение крепыша. — И гони ответ по сосискам.

Игорь достал из сумки папку и протянул ей.

— Ну, что там у вас с собачкой? — Чубаристов улыбнулся. — Небось целый преступный синдикат раскопала, пока меня тут не было?

— Да, что-то в этом роде. — Клава достала из ящика стола банку и кипятильник. — Чаю хочешь? Игорек, не сходишь в буфет за булочками? Я сегодня без пирожков.

— Конечно, схожу. — Порогин направился к двери.