– И черный сойдет.

Он встал с постели и направился в душ.

– У тебя повреждения были?

– Какие еще повреждения?

– От землетрясения. Тут случилось одно, не слишком сильное. Когда тебя не было. Примерно в четыре тридцать.

– Не знал.

– Но телевизор сдвинулся. Он так и застыл на полпути в ванную. – Что? – Телевизор сдвинут. Иди сам посмотри.

* * *

Лучи солнца, льющиеся через окно, отчетливо высвечивали след на ковре в том месте, где прежде стоял телевизор. Он был сдвинут примерно на три дюйма. Старенький телевизор с размером экрана тридцать два дюйма, чертовски тяжелый. Его не так‑то просто было сдвинуть с места. У Эванса по спине пробежали мурашки.

– Тебе повезло, – сказала Джанис. – Тут на каминной доске полно разных стеклянных безделушек. Они чаще всего разбиваются даже при самом слабом землетрясении. Скажи, а страховка у тебя имеется?

Он не ответил. Наклонился и заглянул за телевизор, туда, где было подсоединение. Все выглядело вроде бы нормально, как всегда. Но он не заглядывал за телевизор, наверное, больше года. Так что трудно определить наверняка.

– Кстати, – сказала Джанис, – а кофе‑то у тебя растворимый. Если уж пить, так лучше натуральный. Ты меня слушаешь или нет?

– Погоди минутку. – Он присел перед телевизором на корточки и попытался заглянуть под него. Но ничего подозрительного не заметил.

– А это что такое?

Он обернулся. Джанис держала в руке бублик, щедро обсыпанный сахаром.

– Вот что, Питер, – сердито сказала она, – неужели тебе неизвестно, сколько жира в подобных продуктах? С тем же успехом мог бы съесть целую пачку масла.

– Знаю… Не буду больше покупать.

– Смотри не забудь. Иначе позже разовьется диабет. Что ты там по полу ползаешь, а?

– Проверяю телевизор.

– Он что, сломан?

– Не думаю. – Эванс поднялся.

– У тебя там вода в ванной хлещет, – сказала она. – Неэкономное использование ресурсов. – Она налила в чашку кофе, протянула ему. – Иди принимай свой душ. Мне пора на занятия.

Когда он вышел из душа, Джанис уже не было. Эванс набросил на постель покрывало (он никогда ее толком не застилал) и открыл шкаф. Надо было выбрать, что сегодня надеть.

СЕНЧУРИ‑СИТИ

Вторник, 24 августа

8.45 утра

Юридическая контора «Хассл и Блэк» занимала пять этажей большого офисного здания в Сенчури‑Сити. Политика этой фирмы была дальновидна и социально ориентирована. Ее юристы представляли интересы многих голливудских знаменитостей, а также обеспеченных активистов, борющихся за охрану окружающей среды. Куда меньше рекламировался тот факт, что они также представляли интересы трех крупнейших застройщиков в графстве Орандж.

Эванс оказался в этой фирме благодаря стараниям и увещеваниям активистов природоохранного движения, прежде всего Джорджа Мортона. Он был одним из четырех юристов, постоянно работающих только на Мортона и его подопечных из НФПР.

Несмотря на это, пост он пока занимал не слишком высокий, являлся всего лишь младшим советником, и кабинет у него был маленький, с окном, выходящим на плоскую стеклянную стену соседнего небоскреба, что находился через улицу.

Он взглянул на бумаги на столе. Обычные документы, поступающие к младшим советникам. Соглашения о передаче в аренду и найме на работу, письменные запросы с целью запустить процедуру банкротства, письма из налоговой инспекции с целью проверить законность налоговых поблажек.