|
- Ой, ну хватит! - Эша отмахнулась. - Ты не против, если мы с ненавистной тебе мебелью немного побудем наедине?
- Ты пожалеешь! - мелодраматично заявил Макс и быстро вышел из комнаты. Эша, выждав, проследовала за ним и, убедившись, что мальчишка направился прямиком в свою спальню, где и плюхнулся на кровать, вернулась на третий этаж. А рано утром, ощутив потребность посетить уборную, перед дверью своей комнаты Шталь вновь обнаружила обширную масляную лужу, к счастью сделав это до того, как наступила в нее.
- Аннушка?! - тихонько позвала Эша в утренний коридор. Дом молчал, и только мебель атонально поскрипывала во всех его уголках, словно исполняла песнь пробуждения.
- Вот сволочь! - сказала она луже.
* * *
- Бред какой-то! - констатировал Ейщаров, выслушав ее доклад до конца. - Что у вас там шумит?
- Душ принимаю.
- Вы залезли в душ с телефоном?
- Ну да. А почему нет?
- И правда глупый вопрос, - ехидно заметил Олег Георгиевич. - Так вот, Эша, мебель подходит. Очень даже подходит. А вот Максим - совершенно нет. Можно было бы предположить, что это не наш случай, и он действует иначе... но в том-то и дело, что...
- Я знаю, - на телефон упала отскочившая капля, и Эша чуть отодвинулась от струек теплой воды. - У развеселившейся мебели есть принципы, а он о них не знает. И он назвал ее безмозглой. Для Говорящего это недопустимо!
- Для кого? - с интересом спросил Ейщаров.
- Ну... я их так называю. В общем, для него мебель - это просто мебель, и в таком случае он никак не мог... И, похоже, он ничего не знает о барных стульях.
- Есть кое-что еще, что недопустимо для... как вы их назвали, Говорящих, - задумчиво произнес Ейщаров. - Он сказал, что ненавидит эту мебель. Как, по-вашему, он говорил искренне?
- По-нашему, более чем.
- Ну, в таком случае, он никак бы не смог это устроить. В таком деле ненависти к... хм-м... собеседнику нет места. Это просто невозможно.
- Точно? - спросила Шталь, пытаясь управиться с мылом и мочалкой одной рукой.
- Абсолютно.
- Ну, Олег Георгиевич, в кои-то веки я получила от вас четкий ответ! Это надо отпраздновать! Макс мог бы это делать с помощью какого-нибудь телекинеза, но мебель определенно веселая. Значит, это не Макс. Тогда он либо врет, либо действительно верит, что обладает какой-нибудь там темной стороной силы...
- Прекратите.
- Хорошо. Кстати, Олег Георгиевич, та мебель, которая у вас... Вы нашли этого человека?
- Нет, - Ейщаров помолчал, потом добавил - почему-то неохотно. - Оба кресла были найдены в Витебске, и, насколько я успел узнать, одним из их бывших владельцев является двоюродный брат Гречухина. Поэтому вы должны быть очень осторожны, Эша.
- Из-за зеленого кресла? - дрогнувшим голосом спросила Шталь, выключая воду. - Бывший владелец... звучит вполне недвусмысленно. Это что же - сяду я на какой-нибудь не тот диванчик - и... Неужто он...
- Я не думаю, что кресло было создано специально, - задумчиво произнес Ейщаров. - Вполне возможно, что Говорящий (Эша удивилась тому, насколько легко и гармонично вплел Олег Георгиевич это слово) ошибся, перестарался или вовсе связался не с тем креслом. Вспомните бриллиант Лиманской.
- Мне от этого не легче! - заныла Эша. - Я еще согласна погибнуть в неравном бою, но чтоб меня отправил на тот свет какой-нибудь журнальный столик...
- Просто будьте внимательней. Пока ведь у вас дела идут хорошо.
- Кстати о делах. После проверки мебели у меня двадцать восемь синяков. |