|
Действующая морда была здоровенной дворнягой, в родословной которой присутствовало по меньшей мере шесть известных Эше пород. Дворняга деловито рысила по дорожке, опустив нос к асфальту и безмятежно помахивая хвостом. Неподалеку от обитаемых тополей она остановилась, задумчиво обозрела происходящее и двинулась дальше с совершенно равнодушным видом.
- Странно, - сообщила самой себе Шталь. - То есть, дворняг я не интересую?
Она снова внимательно посмотрела вниз, и оттуда на нее тоже предельно внимательно посмотрели.
- С-с-собаки! - сказала Шталь.
* * *
- Какого черта?!.. - раздраженно произнес Ейщаров, когда дверь его кабинета с грохотом распахнулась, и внутрь ввалились сначала Михаил, проворно оглядевшийся по сторонам и сразу же ринувшийся в самый дальний угол, а следом за ним - Сева, грозно размахивавший бронзовой фигуркой журавля в здоровой руке. Последней прибыла секретарша и остановилась на пороге, грозно скрестив руки на груди.
- Я им сказала, что вы заняты! - проинформировала она Олега Георгиевича. - Это все, что я успела сделать.
- А-а!.. - раскрасневшийся Сева отыскал глазами шофера, и бронзовый журавль, схваченный за шею, взмыл в воздух на замахе. - Я проломлю тебе голову!
- Я сказал правду! - рявкнул Михаил, опасливо наблюдая за движением журавля. Сева, состроив злобную гримасу, с неожиданным проворством кинулся вперед, и Михаил поспешно устремился в другой угол, по пути чуть не своротив книжный шкаф.
- Между прочим, - заметил Ейщаров, развернувшись в кресле, встав и проворно ухватив за плечи проносившегося мимо Севу, - я здесь работаю. Я понимаю - вы, конечно, этого не знали, в кабинетах ведь, обычно, смотрят футбол или вяжут носки, но вот такая вот неожиданность - я здесь работаю.
- Пусть возьмет свои слова обратно! - пропыхтел Сева, пытаясь вырваться, но Ейщаров держал крепко. - Я знаю, что я здесь на птичьих правах, но я не позволю какому-то злобному карлику...
- У меня рост метр девяносто! - обиделся Михаил из-за прикрытия шкафа.
- Мне нужно что-нибудь делать? - невозмутимо поинтересовалась секретарша.
- Нет, все в порядке, Нина Владимировна, - Олег Георгиевич усадил Севу в кресло и успокаивающе похлопал его по плечу.
- Еще не в порядке, - секретарша подошла к тяжело дышащему Севе и отняла у него статуэтку. - А вот теперь - да, - она погрозила ему журавлем. - Севочка, золотце, если уж тебе приспичило проломить кому-нибудь голову, так сделай одолжение - используй свои вещи! Это мой журавль, и он мне нравится! Вы будете еще бегать или, может, принести вам кофе?
- Принесите мне, пожалуйста, щит и парализатор, - попросил Михаил. Нина Владимировна снисходительно покачала головой и удалилась, унося спасенного журавля. Сева тотчас же попытался выскочить из кресла, но Олег Георгиевич поймал его и водворил обратно.
- Сева, - он наклонился, упершись ладонями в кресельные подлокотники, - ты ведь занимаешься аналитической работой, и в твои обязанности не входит беготня за Михаилом Леонидовичем с тяжелыми предметами. А сейчас рабочий день. Так что займись этим в свободное время.
- Хорошо, - свирепо ответил Сева, - я проломлю ему голову после работы! Знаешь, что он мне сказал?!..
- Он пьян, - пояснил Олег Георгиевич, выпрямляясь.
- Да? - удивился Михаил. - Да я... - Ейщаров повернулся и коротко глянул на него, - то есть, да, конечно. Сегодня же четверг. А в четверг я всегда с семи...
- Сегодня среда, - проскрежетал Сева, рыская вокруг глазами в поисках чего-нибудь, что могло бы сойти за оружие. - И он не пьян!
- Точно! Ты меня подловил! - шофер удрученно покачал головой. |