- Прекрасно! - буркнула Эша. - Заехала в какую-то глушь!

   Она попробовала вызвать оператора службы экстренной помощи, но безрезультатно. На дисплее монотонно мигала надпись:

   ПОИСК СЕТИ.

   По дороге проехала еще одна машина, и Эша вяло махнула ей рукой, но без толку. В сущности, дорога была вполне обитаемой, но проку от этого было мало - оставалось лишь надеяться, что рано или поздно кто-нибудь да остановится. Главное, чтобы этот кто-то не оказался маньяком. Или Говорящим маньяком, что, конечно, гораздо хуже. Она крепче сжала телефон в пальцах, и тот вдруг пискнул, и на дисплее появилось имя вызываемого абонента.

   - Нет! - пискнула и Эша. - Как это... Только не его!

   - Что? - холодно спросил издалека голос нанимателя.

   - Олег Георгиевич, я вовсе не... Понимаете, у меня тут кое-какие неприятности.

   - Тут - это где? - температура в голосе Ейщарова упала еще градуса на три.

   - Собственно... здесь только березы и дорога.

   Олег Георгиевич заметил, что это необычайно подробный ориентир, и теперь, конечно, отыскать Эшу будет раз плюнуть, но он совершенно не собирается этим заниматься.

   - Я понимаю, что вы злитесь. Я же уже извинялась. Олег Георгиевич, вы можете хотя бы выслушать? Я на трассе между Новоореховом и... чем-то еще... Куда я задевала карту?.. У меня машина сломалась...

   - Я не механик, Эша Викторовна. Новоорехов? Вы возвращаетесь в Шаю очень необычным способом, ведь Новоорехов в еще более противоположной стороне, чем город, в котором вы встретили Говорящего с посудой.

   Появление в обращении к ней Ейщарова отчества было очень плохим знаком, и Эша приуныла.

   - Здесь ни души вокруг! Что же мне делать?! Я даже не могу помощь вызвать, я, почему-то, только вам смогла позвонить!.. Олег Георгиевич, ну простите меня, ну пожалуйста! У меня... э-э... был нервный срыв! Знаете, если б вы общались с таким количеством Говорящих... ой, хотя вы ведь это и делаете.

   - Я очень рад, что нанял столь сообразительную особу, - язвительно произнес Олег Георгиевич. - Ах да, совсем забыл - я ведь ее уволил! Решайте свои проблемы сами, Эша Викторовна, у меня и без вас забот хватает.

   - Но...

   - У вас все будет в порядке, Шталь, - безразлично сказал Ейщаров. - У вас всегда все в порядке...

   Он дал отбой, и в ту же секунду сотовый злорадным писком известил ее о полностью разрядившемся аккумуляторе и отключился. Эша, жалобно ойкнув, встряхнула его, потом схватила другой телефон, но и тот отреагировал таким же ехидным сигналом, словно вступив со своим собратом в некий омерзительный сговор. Шталь затрясла оба телефона, как будто это действие могло чудесным образом создать в них некий дополнительный заряд, после чего пошвыряла сотовые на заднее сиденье и схватилась за сигареты. Но когда попыталась прикурить, обнаружила, что газ в зажигалке закончился, зажигаться же без газа зажигалка не пожелала, несмотря на все уговоры. Другой зажигалки у Шталь не было, машинный прикуриватель не работал, и, швырнув сигареты и зажигалку вслед за телефонами, Эша в отчаянье обхватила голову руками. Все ее вещи словно разом ополчились на нее за что-то, и было ли это стечением обстоятельств или очередным знаком судьбы - в любом случае это было плохо. А Ейщаров!.. Ну скажите на милость - Эша Шталь была ему нужна-нужна-нужна... и вдруг стала не нужна совершенно! Какие-то изменения в его грандиозных и, наверняка, коварных планах или это она, Эша, сделала что-то, что задело нанимателя за живое, и он попросту на нее обиделся? Но тогда детская какая-то обида, и на Олега Георгиевича это не похоже.