По окаменевшему лицу Фины из уголка глаза скатилась слеза:

— Я вишни посажу! С детства виделось — пью чай в беседке, а вокруг вишнёвый цвет.

— Вот и сбудется твоя мечта. Ещё два поместья Стах выделит в Гоуи, как принесёт графскую присягу.

— Кому отдаст?

— Я же ясно сказал — Тихий просил представить кандидатов. У нас род большой, найдём потребных. Но вы мне смотрите! Не опозорьте фамилию аус Хансалов! Имений в двух графствах много, а верных людей всегда недостаток. Глядишь, Стаху ещё кого на землю посадить захочется. А уж мы всем родом его прикроем, если вдруг чего.

— Когда?.. — попыталась задать вопрос Фина.

— Объявлено будет перед свадьбой — повод достойный. Документы возьмёте после завтрака, а коли захотите поехать посмотреть, хоть сейчас езжайте.

— А служба? — пискнула Ланина, продолжающая держать мужа за руку.

— Напишу из гильдии, что отправил по объектам.

— Я тогда сыночка с собой прихвачу, — решила Фина.

— И мы наших жён тоже с собой берём, — заявил Корхилл. — Стейсбер, вместе держимся. Нам с тобой в один портал. Доберёмся до Везена, там решим дальше.

— И вы все там того… поблагодарить не забудьте! Мне за вас краснеть не хочется. По крайности хоть письмо напишите, а лучше лично. Глава семьи понятно, но по мне всем составом надо, оно правильней. Чай, до поместья поднялись! Впрочем, не маленькие. Своя голова на плечах есть. Вот так помаленечку, полегонечку, род подниматься и будет. Мы больше служилые, но нас много и авторитет рода уже крепчает. В Гильдии кое-какие подходы разведаны, мы и там сможем укрепиться, дайте только срок.

— А ревизия гильдейской Книги заклинаний и алхимических рецептов нам в том поможет.

— Правильно мыслишь Корхилл.

— Стах ведь всё это устроил!

— Фина! Тихий поставил на дорогу. Честь ему за то и хвала! Аус Хансалы никогда этого не забудут. Но пройти свой путь мы можем только сами, только все вместе.

Лаура

Великая герцогиня гневалась. Она порывисто схватила газету «Дамский досуг», которую уже трижды со злостью отбрасывала и, потрясая ею, задала статс-даме, сидящей на соседнем диванчике, несколько риторический вопрос:

— Вот почему⁈ Почему про неё всё время пишут, а когда я замуж выходила, то только пару, может, тройку заметок напечатали.

— Вы были своей, ваша милость, про вас все и так знали, а здесь экзотическая чужестранка, потому и обсуждают.

— Да? На потребу низким интересам публики рассказывают о кружевах на белье! Тьфу! Кому это интересно? И вообще, что за узор «паутина любопытного паука»? Наверное, гадость какая-нибудь. Паук на?.. Нет! Не может быть такой мерзости! Это же… порочно! Только для привлечения внимания мужчин.

— А что, ваша милость, вы можете попросить показать вам эти кружева? Для того чтобы рассказать нашим? Фрейлины интересуются.

— Думаешь? Разве только для фрейлин… Спросить, где у них в княжестве такое заказывают. Уж я могу себе позволить! Точно не беднее какой-то царевны, сбежавшей из дома. У меня доходное герцогство имеется. Что там ещё? «Морозное стекло» и «земляника в траве»? Тоже что-то гадкое, наверное.