Есть и другой тонкий момент — сбыт. Сейчас завод большей частью работает под заказ Руди Железняка, отца Тины. Собственно, он и дал паровые машины в качестве приданого дочери, а заодно нашёл для них обслугу. Что-то идёт на нужды герцогства, но этим даже не покроешь накладные расходы. Вот сейчас Генрих Бёме, которому я отдал поместье в кормление и управление, мечется по знакомым интендантам, поднимает старые связи, ищет надёжных покупателей продукции.

Нашёл справку и по баронству Кондрелл, подарку моей невесте от Короны. Чисто формальный майорат, без других поместий и, конечно, без рыцарей. Есть село, а значит, доход от земли имеется, но едва покрывает расходы баронства. Однако расположено оно недалеко от столицы, имеется очень симпатичный, почти кукольный домик с прудиком и садиком. С уточками и аллейками с плодовыми деревцами. Именно так — в уменьшительно-ласкательной форме, ибо всё придумано женщиной и для женщин.

Лет много тому назад, одна принцесса из королевской семьи свила себе гнёздышко для рождения ребёнка. В столице всё же слишком суетно и шумно. Родила, а затем трижды сюда возвращалась. Потом, для той же цели, подарила баронство племяннице.

Словом, так сложилось, что последние несколько десятков лет баронством владели женщины и это наложило неизгладимую печать на облик поместья.

Тучи сгущаются

Возможно, кому-то это покажется странным, но со стороны никаких приготовлений к нападению на башню не видно. Тишь, гладь, да божья благодать. Однако о кое-каких признаках скорого прорыва мне понемногу начали докладывать.

Секрет егерей засёк на одном из путей к озеру нескольких подозрительных и, главное, чужих людей. Следить за ними не стали — горы, спрятаться можно, но тайно следовать за проходящими не получится. Да и не надо. Куда те от тропы денутся? Так что позже прошли их маршрутом и обнаружили схрон. Вскрывать его не стали — вдруг завтра или ещё когда кто-то вернётся проверить? Перенесли секрет, хорошенько его замаскировали, положили сухие пайки, воду, боеприпасы, овчинные тулупы и остальное, на случай, если дозорным придётся там на несколько дней затаиться. Оно, конечно! Может и не пригодится это, однако пусть будет.

Полуухий со своими лесниками среди отставников слово пустил, что ищет проводника чужих людей. Дескать, прослышал о нехорошем, замышляемом против барона. Бывшие солдатики при каждом имении прижились, так вот собрались они, посовещались. Один одно скажет, другой другое, третий третье, врозь ничего такого, а вместе подозрительная картинка сложилась.

Главный лесник вспомнил мою сентенцию про сухую ложку и от баронской руки пожаловал чуток золотишка. От себя он серебром награждает, а от меня только золотом! Дабы чувствовали разницу.

Словом, и возможного проводника просчитали, и соседи обещали за ним приглядывать, и ещё отставники много подозрительного рассказали, будет, что Полуухому проверять. Напоследок запросили хоть чуток арбалетных болтов. У каждого в доме от службы оружие осталось, но воевать они не собираются. Нет! Разве что так… тишком из кустов стрельнуть. А потом добить. Э… Это они про… э… волков… точно, волков! Ведь все знают, что воевать селянам не положено, потому за разорение дворов простолюдинов положена каторга или крепость. По происхождению виновного.

От картографа записка пришла. Нескольких водников в порту всё же смогли уговорить на работу. Волшебники они так себе, опытные, но силой не сказать, что уж очень хвастают, однако в порту работу по плечу вполне возможно найти.