Дворец заполнили приближенные цесаревича, все в гатчинских, прусского образца, мундирах, диковинных для обитателей Зимнего, с трепетом ожидавших перемен.

Особенно тяжело переживал случившееся Платон Зубов. «Положение бедного Зодиака [прозвище Платона Зубова. – Л.М. Портной]… очень плохо… мы все думали, что он сойдет с ума: волоса у него становились дыбом, он как-то ужасно поводил глазами; плакал мало, а если плакал, то плакал с страшными гримасами», – описывала состояние светлейшего князя великая княгиня Елизавета Алексеевна. Несколько часов назад он был самым могущественным сановником, а теперь даже лакеи шарахались от него, как от прокаженного. Федор Васильевич Ростопчин собственноручно подал ему стакан воды.

Знаменитейшие особы выглядели столь опечаленными, словно уже лишились своих должностей. В их числе и Безбородко. Граф имел все основания опасаться за дальнейшее свое положение. Если окружение цесаревича находилось в немилости у императрицы, отчего же ему жаловать фаворитов матери?

Павел своими действиями немедленно подкрепляет опасения сановников. Формально императрица еще жива, но Павел уже дает распоряжение обер-гофмаршалу князю Федору Сергеевичу Барятинскому отправляться домой. За последнего вступается дочь, княгиня Екатерина Федоровна Долгорукова. Она просит цесаревича помиловать отца. «У меня тоже был отец, сударыня», – зловеще ответил Павел.

Самые знатные вельможи ждали катастрофы. А мелкие, но в гатчинских мундирах, чины, которых до этой минуты никто не воспринимал всерьез, с деловым видом повелевали и отдавали распоряжения. Самым влиятельным среди них был Ростопчин. Павел доверял ему более, чем кому-либо еще. По крайней мере, в начале нового царствования.

Федор Васильевич убедил Павла в том, что Безбородко – сановник крайне полезный, нужный и верный. «Вошедши к Наследнику… я нашел удобным описать отчаяние графа Безбородко», – сообщил Ростопчин. Мы помним, что некогда Александр Андреевич придержал в портфеле указ о назначении нашего героя камер-юнкером. Но вот они поменялись ролями, теперь Безбородко оказался во власти Ростопчина. Но у них было время узнать друг друга и проникнуться взаимным уважением. И Ростопчин оказал истинную поддержку графу Безбородко. Зла на него Федор Васильевич не держал.

Был, конечно же, еще и Кутайсов, мы о нем не забыли. Но что Кутайсов? Кутайсов пожалован в гардеробмейстеры. Кутайсов – это подать перчатки, шляпу и женщину. А дела первостепенной важности, военное ведомство, внешняя политика, государственная почта – все это поручено Ростопчину.

Впрочем, Кутайсов хорошо знал характер своего господина и как никто другой умел ловко использовать слабости и вспыльчивость теперь уже нового императора. Иван Павлович станет участником многих интриг, но участником пассивным, не имеющим собственных политических планов, а всегда готовым превращаться в орудие воздействия на императора со стороны того, кто больше заплатит. Личный интерес Кутайсова будет прост – сидеть в пригретом под мантией месте и пользоваться соответствующими милостями. Если сам он и станет затевать какие-либо интриги, то лишь против тех, кто начнет угрожать его положению. Однажды и Ростопчин станет жертвой обидчивого Кутайсова. Но об этом рассказ впереди.

Граф Безбородко всего на семь лет старше цесаревича. Но не жалевший себя на службе, изнуренный разгульным образом жизни, он давно убелен сединами, современники называют его стариком. Однако же личное обаяние, невероятная работоспособность, искренняя готовность беззаветно служить новому императору вызвали симпатию и уважение Павла I.

Граф прошел в кабинет через комнату мимо умиравшей императрицы и был принят цесаревичем в присутствии Ростопчина. «Вот человек, от которого у меня нет ничего скрытного!» – сказал Павел графу о Федоре Васильевиче.