|
Все это вместе, то есть туловище великана на ножках карлика, вызывало отвращение, и потому первым движением любого человека при виде этого чудовища было отвернуться; однако пока голова отворачивалась, глаза успевали на мгновение задержаться и во всем его облике прочитать: 2 сентября! - и уж тогда человек не мог отвести взгляда и в ужасе замирал, словно увидев голову Медузы. Вот этих троих жирондисты и обвиняли в стремлении к диктатуре. Те же со своей стороны обвиняли жирондистов в попытках федерализма. Еще о двух людях пойдет речь в нашем рассказе; эти двое сидят на противоположных скамьях Собрания: Бийо и Жильбер; Жильбер - на крайней справа, между Ланжюине и Керсеном; Бийо - на крайней слева, между Тюрио и Кутоном. Члены бывшего Законодательного собрания ни на шаг не отступали от Конвента; они пришли торжественно отречься от власти и передать свои полномочия в руки своих последователей. Франсуа Де Нефшато, последний председатель распущенного Собрания, поднялся на трибуну и взял слово. "Представители нации! - сказал он. - Законодательное собрание прекратило свою деятельность; оно вручает вам бразды правления. Целью ваших усилий будет дать французам свободу, законы и мир: свободу, без которой французы не могут жить; законы - самое надежное основание для свободы; мир - единственную цель войны. "Свобода, законы, мир" - эти три слова были выбиты греками на Дверях Дельфийского храма; вам же предстоит начертать их по всей французской земле". Законодательное собрание просуществовало год. Оно пережило страшные события огромной важности 20 июня, 10 августа, 2 - 3 сентября! Оно оставляло Францию в состоянии войны с двумя северными державами, в состоянии гражданской войны в Вандее, с долгом в два миллиарда двести миллионов ассигнаций и победой при Вальми, одержанной накануне, о которой, однако, еще не всем было известно. Петион единодушно избран председателем. Кондорсе, Бриссо, Рабо-Сент-Этьен, Верньо, Камю и Лазурс были избраны секретарями: из шести человек - пять жирондистов. Весь Конвент, за исключением, может быть, тридцати или сорока членов, хотел установления Республики; правда, на одном из собраний у г-жи Ролан жирондисты решили, что пойдут на дискуссию об изменениях в правительстве только в свой час, в свое время, в своем месте, иными словами, - когда они завладеют исполнительными комиссиями, а также учредительной комиссией. Однако 20 сентября, в день сражения при Вальми, другие бойцы в другом месте военных действий вели еще более значительное сражение! Сен-Жюст, Лекинио, Пани, Билло-Варенн, Колло д'Эрбуа и еще несколько членов будущего Собрания обедали в Пале-Рояле; они решили, что завтра бросят своим врагам слово Республика. - Ежели они его подхватят, - молвил Сен-Жюст, - они пропали, потому что мы окажемся первыми, кто его произнес; если же они его отклонят, они тоже пропали, потому что, противодействуя этому страстному желанию народа, они будут захлестнуты непопулярностью, которую мы обрушим на их голову. Колло д'Эрбуа вызвался выступить в Собрании. Вот почему как только Франсуа де Нефшато передал полномочия бывшего Собрания новому, Колло д'Эрбуа попросил слова. Слово было ему предоставлено. Он поднялся на трибуну; это было паролем для самых нетерпеливых. - Граждане представители! - обратился он к Собранию. - Я предлагаю следующее: пусть первым же своим декретом только что созванное Собрание упразднит королевскую власть. |
