— Этого я, пожалуй, не чувствую, — проговорила Элеонор, — но вот во рту у меня слегка пересохло. А у вас?

— Да, кажется, и у меня тоже, — признал Эдвард. Потом он посмотрел прямо в голубые глаза Элеонор. — У вас немного расширены зрачки. Если это так, то, значит, мы не смогли полностью удалить скополаминовую цепь. Проверьте-ка свое ближнее зрение.

Элеонор взяла флакон из-под какого-то реактива и без труда прочитала мелкую надпись на этикетке.

— Никаких проблем.

— Никаких неприятных ощущений в сердце, нет затруднений при дыхании? — продолжал допытываться Эдвард.

— Я чувствую себя просто великолепно, — заверила Элеонор.

— Простите, пожалуйста, — произнес чей-то голос. Элеонор и Эдвард обернулись и увидели, что к ним приближается докторантка второго года, француженка Надин Фош.

— Не работает аппарат ЯМР, — сообщила она.

— Возможно, вам лучше обратиться с этим вопросом к Ральфу, — улыбнулся Эдвард. — Я был бы рад вам помочь, но, к сожалению, в данный момент я очень занят. Кроме того, Ральф знает аппарат лучше, чем я, особенно в том, что касается его устройства.

Надин поблагодарила его и отправилась искать Ральфа.

— Вы вели себя очень интеллигентно, — заметила Элеонор.

— Я действительно ощущаю себя сейчас очень интеллигентным человеком, — согласился Эдвард. — К тому же она весьма симпатичная женщина.

— Может быть, для вас настало время вернуться к исполнению своих кафедральных обязанностей? — сказала Элеонор. — Мы и так проделали фантастическую работу.

— То, что мы сделали, — это цветочки, — возразил Эдвард. — Это очень любезно, что вы напомнили мне о моих преподавательских и административных обязанностях, но я думаю, что учебный процесс в течение нескольких недель может протекать без особого ущерба и без моего в нем участия. В этом я могу вас уверить. Я не собираюсь упустить волнующую возможность участия в открытии этого нового лекарства. А пока я попрошу вас прокрутить на компьютере возможности создания семейства таких соединений. Для этого попытайтесь заместить в нашем препарате боковые цепи.

Когда Элеонор ушла к своему компьютеру, Эдвард набрал номер телефона Стентона Льюиса.

— Ты очень занят сегодня? — спросил Эдвард своего старого приятеля.

— Я каждый день очень занят, — ответил Стентон. — Что это ты там задумал? Кстати, ты прочел проспект?

— Ты не хочешь пообедать сегодня со мной и с Ким? — продолжал Эдвард, не отвечая на вопрос. — Есть кое-что, о чем ты должен услышать.

— Ах ты, старый мошенник, — рассмеялся Стентон. — Кажется, нас ожидает объявление о помолвке?

— Я думаю, что это лучше обсудить при личной встрече, — уклонился от прямого ответа Эдвард. — Так как насчет обеда? Я угощаю всю компанию!

— Произошло что-то очень серьезное, — призадумался Стентон. — У меня зарезервированы места в бистро «Анаго» на Мейн-стрит в Кембридже. За мной оставлено два места, но я позабочусь, чтобы их стало четыре. Назначаем встречу на восемь часов. Если у меня возникнут какие-нибудь проблемы, перезвоню.

— Вот и отлично.

Прежде чем Стентон успел задать какой-нибудь пошлый вопрос, Эдвард повесил трубку. После этого набрал рабочий телефон Ким.

— Ты занята? — спросил Эдвард, когда она подошла к телефону.

— И не спрашивай, — вздохнула Ким.