— Зачем тебе Элеонор? — спросил Стентон.

— Она моя ассистентка. Это человек, с которым я работаю с самого начала осуществления проекта, это моя ближайшая сотрудница, и ее участие играет решающую роль.

— Когда ты сможешь приступить к сбору своей команды? — продолжал Стентон.

— Как только у тебя появятся реальные деньги, — заверил Эдвард. — Нам будут нужны первоклассные специалисты, а это недешево стоит. Я оторву их от надежных академических должностей и престижных постов для работы в частном бизнесе.

— Именно этого я и боюсь, — предостерег Стентон. — Очень многие компании всплывают кверху брюхом от тех кровопусканий, которые устраивают им слишком высокие должностные оклады сотрудников.

— Я буду иметь в виду это обстоятельство, — обещал Эдвард. — Когда ты сможешь предоставить деньги в мое распоряжение?

— Я могу получить миллион долларов к началу наступающей недели, — ответил Стентон.

Принесли первое блюдо обеда. Зная, что Кэндис и Стентон не страдают отсутствием аппетита, Эдвард предложил им приступить к еде. Но не успели они взять в руки вилки, как вернулась Ким. Она села на свое место и отдала Стентону его телефон.

— Я принесла хорошую новость, — сообщила она. — Мой брат просто в восторге от того, что мы получим арендную плату за старую мельницу. Но он также требует, чтобы вся реконструкция этого здания была осуществлена за счет «Омни».

— Это нам подойдет, — согласился Эдвард. Он поднял свой бокал и приготовился произнести следующий тост. Ему хотелось растормошить Стентона, который погрузился в глубокую задумчивость. — За «Омни» и «ультра», — провозгласил он. Все выпили.

— Я думаю, с основанием компании мы поступим следующим образом. — Стентон поставил на стол свой бокал. — Наш основной капитал будет составлять четыре с половиной миллиона долларов. На эту сумму мы выпустим акции по десять долларов за штуку. Из четырехсот пятидесяти тысяч акций мы возьмем по сто пятьдесят тысяч. Оставшиеся сто пятьдесят тысяч пойдут на будущее финансирование и на привлечение ценных кадров, которым мы сможем дать часть этих акций, сделав их участниками предприятия и предложив им дивиденды. Если «ультра» оправдает возложенные на него надежды, то каждая акция, в конце концов, будет стоить сумасшедшие деньги.

— Я хочу выпить за это. — Эдвард еще раз поднял свой бокал. Все чокнулись и выпили. Эдвард просто наслаждался, он выбрал вино, которое пришлось ему очень по вкусу, и радовался своему выбору. Он никогда в жизни не пил такого вкусного белого вина. Эдвард с удовольствием вдыхал ванильный букет и ощущал на языке слабый абрикосовый привкус.

Когда обед закончился и все его участники распрощались друг с другом, Ким и Эдвард уселись в автомобиль Эдварда, оставленный на стоянке перед рестораном.

— Если ты не возражаешь, то я бы хотел отменить нашу прогулку по площади, — проговорил Эдвард.

— Да? — спросила Ким. Она почувствовала легкое разочарование и была несколько удивлена, впрочем, весь сегодняшний вечер состоял из одних сюрпризов. Она вообще не ожидала, что Эдвард сможет освободить вечер, кроме того, его поведение никак не укладывалось в привычные для него рамки с того самого момента, как он заехал за ней на своей машине.

— Мне нужно позвонить в несколько мест, — сказал Эдвард, объясняя свой отказ от прогулки.

— Уже одиннадцатый час, — напомнила ему Ким. — Не слишком ли поздно звонить сейчас людям?

— На западном побережье еще не поздно, — возразил Эдвард.