— Я вообще ни разу не слышала никакого шума, — заверила Ким.

— Ким! — позвал ее Эдвард, подойдя с другой стороны. — Если это удобно, то группа хотела бы, не откладывая, направиться в замок, чтобы ты показала, в каких комнатах они будут ночевать.

— Конечно, — ответила Ким.

— Вот и отлично, — обрадовался Эдвард. Развернувшись, Ким повела компанию к замку. Дэвид и

Глория догнали ее и пошли рядом. Вопросы так и сыпались.

Их интересовало, когда был построен замок и жила ли Ким в нем раньше.

Когда они вошли в дом, охам и ахам, казалось, не будет конца. Особенное восхищение вызвал центральный двусветный зал столовой с геральдическими флагами на стенах.

Сначала она показала им крыло для гостей, предложив, чтобы здесь жили женщины. Элеонор и Глория были очень довольны и сразу выбрали себе по комнате на втором этаже.

Комнаты были смежными.

— Мы сможем будить друг друга, — заметила Элеонор, — если кто-нибудь из нас проспит.

Ким показала, что каждая спальня снабжена отдельным входом и лестницей.

— Это здорово, — отметил Франсуа. — Мы сможем заходить к себе в спальни, минуя главные помещения дома.

Они перешли в крыло для слуг. Ким объяснила, что воды пока нет, но завтра утром она обязательно вызовет водопроводчика. Потом показала им ванную в центральной части дома, где каждый мог основательно и с удовольствием помыться.

Мужчины разобрали комнаты без всякой склоки, хотя по качеству все они значительно отличались друг от друга. Такое согласие произвело на Ким очень хорошее впечатление.

— Сюда можно провести телефон, — предложила Ким.

— Не утруждайте себя, — возразил Дэвид. — Мы очень благодарны вам за предложение, но это совершенно ненужная роскошь. Мы будем приходить сюда только спать, а спим мы очень немного. Поэтому того телефона, который есть в лаборатории, нам вполне хватит.

После того, как обход замка был завершен, все вышли на улицу через крыло для слуг, обошли дом и оказались перед парадным входом. Началось обсуждение проблемы с ключами, и решили оставить двери спален открытыми, пока Ким не закажет соответствующие ключи. Она обещала, что сделает это, как только представится возможность.

После заключительного обмена любезностями, поцелуев, объятий и заверений во всяческой благодарности сотрудники лаборатории разъехались за своими вещами, а Ким и Эдвард направились в коттедж.

Эдвард был в прекрасном настроении и снова и снова благодарил Ким за ее щедрость и благородство.

— Ты действительно внесла огромный вклад в изменение к лучшему всей обстановки в лаборатории, — сказал Эдвард. — Как ты сама видишь, они просто в экстазе. А для нашей работы важен не только настрой ума, но и душевный комфорт, и хорошее настроение. Так что ты оказала очень полезное воздействие на всю нашу работу.

— Я очень рада, что могу внести в нее какой-то положительный вклад. — Ким чувствовала себя виноватой за то, что вначале была против всего проекта как такового.

Они подошли к коттеджу. Ким была очень удивлена, когда Эдвард последовал за ней и тоже вошел в дом. Она думала, что он, как всегда, пойдет прямо в лабораторию.

— Это здорово, что приезжал этот парень, Монихен, — заметил Эдвард.

У Ким от неожиданности отвисла челюсть. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы закрыть рот.

— Знаешь, я бы выпил пива, — произнес Эдвард. — А ты? На какое-то мгновение она потеряла дар речи и могла только изумленно качать головой. Идя за Эдвардом на кухню, она размышляла, не набраться ли ей мужества и не поговорить ли прямо сейчас об их отношениях. Она никогда раньше не видела его в таком великолепном расположении духа.