Ким прочла документ целиком. В конце его Рональд собственноручно приписал объяснение. Она узнала четкий разборчивый почерк, которым были заполнены многочисленные счета, найденные ею в замке. Рональд писал: «Намерение мое заключается в том, чтобы в случае, если интересы моих торговых дел потребуют моего длительного отсутствия в городе Салем и повлекут невозможность личного моего участия в делах „Маритим лимитед“, обрученная со мной Элизабет Фланаган могла на законном основании вести наши общие дела от своего имени».

Дойдя до конца документа, Ким перечитала его заново, чтобы убедиться, что она правильно поняла. Содержание контракта поразило ее. Тот факт, что подобный документ был необходим, чтобы удостоверить право Элизабет подписывать договоры, напомнил ей, что в те пуританские времена роль женщины в обществе была совершенно иной, чем теперь. Ее законные права были значительно урезаны по сравнению с правами мужчин. Документ подтверждал те сведения, которые Ким почерпнула из письма Джеймса Фланагана, где оговаривались условия вступления Элизабет в брак.

Отложив в сторону добрачное соглашение, Ким вернулась к остальным бумагам из пакета. Бегло просмотрев пачку документов, касающихся взыскивания долгов, она натолкнулась на по-настоящему интересный документ. Это было прошение Рональда Стюарта об удовлетворении иска о восполнении утраченного. На прошении стояла дата — 26 июля 1692 года, то есть со дня смерти Элизабет прошла ровно одна неделя.

Ким понятия не имела, что такое возмещение утраченного, но смысл стал ей ясен после прочтения самого документа. Рональд писал: «Именем Господа я смиренно прошу Высокий Суд немедленно вернуть в мое распоряжение решающее свидетельство, изъятое в моем доме шерифом Джорджем Корвином и использованное против моей возлюбленной жены Элизабет во время суда, учиненного над ней по обвинению в колдовстве в Особом трибунале 20 июня 1692 года».

На обороте прошения была наложена резолюция, датированная третьим августа того же года. Член магистрата Джон Хэторн отклонил прошение. Резолюция гласила: «Рональду Стюарту, подавшему прошение на имя суда, равно как и на имя его превосходительства губернатора Колонии, дан ответ, что по поводу вышеуказанного свидетельства известно, что, по распоряжению властей, вышеупомянутое свидетельство передано из-под юрисдикции графства Эссекс под юрисдикцию властей графства Суффолк».

В каком-то смысле Ким была довольна. Она нашла косвенное документальное подтверждение того, что Элизабет была приговорена судом к смерти. В то же время она была несколько растеряна, так и не поняв, что же это за свидетельство. Его природа нигде не раскрывалась. Ким еще раз прочитала прошение и резолюцию, надеясь, что пропустила подробности при первом чтении. Но нет, никаких упоминаний о природе свидетельства там не содержалось. Его никто не описывал.

Несколько минут Ким неподвижно сидела за столом, стараясь представить себе, что же это могло быть за свидетельство. Единственное, вокруг чего вращалось ее воображение, это предметы оккультных ритуалов. Так подействовали намеки, сделанные отцом в сегодняшнем разговоре. Вдруг ей в голову пришла идея. Она выписала на листок бумаги дату слушаний в Особом трибунале и подошла к клерку.

— Я бы хотела ознакомиться с протоколами Особого трибунала за 20 июня 1692 года, — сказала она.

Женщина рассмеялась ей в лицо. Потом она вслух повторила просьбу Ким и снова рассмеялась. Растерявшись, Ким спросила, что, собственно, такого смешного она сказала.

— Вы просите показать вам то, что хотели бы увидеть любой Том, Дик или Гарри, — ответила клерк.