Чувствуя, что Ким чуть не плачет, Марша увела ее в раздевалку. Уходя, они слышали, как хохочут Киннард и дежурный.

— У некоторых людей очень нездоровое чувство юмора, — проговорила Марша. — Кое-кому не мешает врезать по ирландской заднице.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила Ким. Теперь, когда коробка, наконец, была у нее в руках, она несколько успокоилась. Ее трясло от пережитого волнения.

— Не понимаю, что происходит с этим человеком, — заметила Марша. — Ведет себя как глупый бычок. Ты не заслуживаешь такого обращения.

— Он чувствует себя уязвленным, потому что я встречаюсь с Эдвардом, — пояснила Ким.

— И ты его еще защищаешь! — возмутилась Марша. — Черт, не стоит тебе принимать на себя роль покинутой возлюбленной Киннарда. Не вздумай этого делать, он того не стоит.

— С кем он сейчас встречается? — спросила Ким.

— С новенькой блондинкой из регистратуры, — ответила Марша.

— О Боже! — саркастически воскликнула Ким.

— Это он все потерял, — настаивала Марша. — Говорят, она вообще работает всеобщей утешительницей.

— Зато ее тело никогда не подведет, — с горечью произнесла Ким.

— Тебе-то что за печаль? — спросила Марша беззаботно.

— Ты права, — согласилась Ким, тяжело вздохнув. — Просто я ненавижу ссоры и склоки.

— Ну, ты неплохо расквиталась с Киннардом, — сказала Марша. — Ты сравни, как к тебе относится Эдвард, и подумай, что ты потеряла. Во всяком случае, Эдвард не воспринимает тебя как нечто само собой разумеющееся.

— Ты права, — еще раз повторила Ким.

После работы Ким вынесла компьютерную коробку на улицу и положила ее в багажник своей машины. Потом она некоторое время колебалась, размышляя, что делать дальше. До того, как всплыла проблема с головой Элизабет, она думала после работы заглянуть в здание законодательного собрания штата. Сначала она решила отложить этот визит на завтра. Потом подумала, что вполне успеет сделать и то и другое, тем более что в коттедж ей надо приехать, когда рабочие разъедутся по домам.

Оставив машину на стоянке госпиталя, Ким пошла по Бикон-Хилл к увенчанному позолоченным куполом зданию законодательного собрания штата Массачусетс. После тяжелой работы в замкнутом помещении она наслаждалась пребыванием на улице. Был теплый, но не жаркий летний день. С моря дул легкий ветерок, и в воздухе стоял приятный слабый запах океана. Проходя по старой базарной площади, она слышала жалобные крики морских чаек.

Обратившись в справочную законодательного собрания, Ким узнала, что ей надо идти в архив штата Массачусетс. Придя в архив и дождавшись своей очереди, Ким столкнулась с полным мужчиной-клерком. Его звали Уильям Макдональд. Ким показала ему копии прошения Рональда и отрицательную резолюцию члена магистрата Хэторна на это прошение.

— Очень интересно, — проговорил Уильям. — Люблю эти старые документы. Где вы их нашли?

— В суде графства Эссекс, — ответила Ким.

— Чем я могу быть вам полезен? — спросил Уильям.

— Член магистрата Хэторн написал, что мистеру Стюарту надлежит обратиться к губернатору, так как улика, которую он хочет получить, передана в графство Суффолк. Мне хотелось бы узнать содержание ответа губернатора. Что меня больше всего интересует — в чем, собственно, заключается это свидетельство, эта таинственная улика.