– Думаешь? – не скрывая иронии, спросила Рита. – Я с тебя балдею, ты простых вещей не видишь. Для тебя есть несчастный папуас в Африке…

– В Африке не живут папуасы, – не задумываясь поправил ее Кирилл.

– Ой, да какая разница! Пусть негры, фиг с ними. Вот, ты видишь несчастного африканского негра с одной стороны и злобного жадного магната с другой. И ты думаешь, что это разные люди, которые по-разному поступают. Но это не так. Это одно и то же. Стоит дать твоему несчастному негру возможность стать магнатом, как он тут же радостно ею воспользуется и из угнетаемого сам станет угнетателем. Разорит того магната и сделает его таким же несчастным, каким был сам. Ты не врубаешься, что негр и магнат – это не разные существа, а просто два разных состояния одного и того же существа – человека. И существо это Бог создал не из глины, а из говна. Просто в Библии слово «говно» кому-то показалось неприличным, и его заменили словом «глина».

– Прикольная философия, – оценил Влад. – По крайней мере, ее можно подтвердить рядом фактов. Я знаю как минимум одного негра, который был несчастным и голодающим в Африке, а потом стал президентом США и уничтожил почти под корень несколько народов.

– Он же вроде не в Африке родился… – попробовал восстановить справедливость Андрей.

– Какая разница?! – Рита пожала плечами. – Суть вопроса это не меняет. Наливай!

Андрей снова разлил виски по стаканам.

– Не все люди такие, – уверенно заявил Кирилл. – Взять мою маму. Да хоть что ей предлагай, она не станет делать других несчастными. Скорее собой пожертвует.

– Да, такие есть, – неожиданно согласилась Рита. – Но они встречаются не чаще, видимо, чем один на миллион. И знаешь, что я думаю насчет них? – Девушка понизила голос. – С ними ни фига не случится после этого апокалипсиса. Они выживут. Именно потому, что сделаны не из говна, а из прочной добротной глины.

– Вирусу по херу, – уверенно заявил Кирилл. – Он не выбирает целей, всех стрижет под одну гребенку.

– Противоречит фактам! – Влад тут же вступился за девушку. – Если бы он стриг под одну гребенку, то не было бы трех разных вариантов заражения. Одни дохнут, другие мутируют, а третьим как с гуся вода. Может, выжившие и есть те, о ком говорит Рита? Может, если следовать ее образу, вирус пожирает говно, а глину не трогает?..

– Обалдеть, как ты загнул, – Рита усмехнулась. – Но так тоже не может быть. Потому что треть выживших – слишком до фига. Тех, о ком мы говорим, тех, кто откажется от собственных благ ради блага другого, тех, кто с радостью пожертвует собой, не треть уж точно, а гораздо, гораздо меньше. И я уверена, что они, именно ввиду своих человеческих качеств, найдут решение и выживут. Еще и других, может, спасут. А если спасут и мир не очистится от людей полностью, это будет уже другой мир. Они уже не дадут ему стать таким говенным, каким был наш.

– Так, может, за них и выпьем? – предложил Андрей. – Хотя мне эта теория кажется просто философией на пустом месте. По мне, так просто миру пришел капец. Рано или поздно это должно было произойти. Или вулкан бы какой-то всех убил, или астероид…

– Это не вулкан и не астероид, – уверенно заявила Рита.