Она беспомощно рухнула на пол вместе с разлетевшимися осколками, смотря на окровавленные руки. Ни боли, ни страха, ничего… Девушка ничего не чувствовала, всецело погружаясь в густой туман, который заволок комнату.

– Умница. – Брюнетка вышагнула из зеркала, протягивая ей руку. – Теперь все будет так, как и должно быть.

– Кто ты вообще такая?.. – не веря во все происходящее, спросила блондинка, поднимаясь на трясущихся ногах.

– Я – это ты… Сонечка… Вернее, лучшая версия тебя.

Отражение с нечеловеческой силой толкнуло девушку в раму разбитого зеркала, без единой эмоции наблюдая, как черная вязкая масса все глубже затягивает наивную блондинку в пугающую, бездонную пустоту.

Глава 36

 Айтикодовая наркоманка

Дом Новикова. Охраны нет, видеодомофон молчит. Двадцать минут жму на кнопку, без толку маяча перед камерами. Но машина бизнесмена во дворе, в доме горит свет. Если бы это был обслуживающий персонал, меня бы давно выпроводили, значит, Игорь дома.

– Нужно поговорить, открывай, я знаю, что деньги были переведены с благотворительного фонда твоей жены, – произношу, заметив, что на экране загорелся зеленый огонек. Звучит как угроза? Так и есть, Игорь прекрасно понимает, о чем я говорю, огласка ему ни к чему.

Весомый аргумент действует: замок открылся, и темно-серая дверь запищала. Прохожу. Ни на территории, ни в доме нет ни одной живой души, довольно странно для огромного особняка с кучей домработниц, охранников и поваров.

– Что тебе надо? – осипший голос с лестницы. Взлохмаченные волосы, весь помятый, в запачканном спортивном костюме, с недопитой бутылкой виски в руках. Дело гораздо хуже, чем я думал, Новиков в отчаянии.

– Спасибо, что оплатил лечение и транспортировку Мальвины. Ей сделали операцию, девчонка будет в порядке, – пытаясь начать с позитивного, завожу разговор. Молчит, слегка кивая головой, информация для него не новая. – Я понимаю, ты прикрываешь жену, разгребаешь ее косяки, это логично. Вначале старуха-процентщица, директриса с поджогом, заказное убийство. Все события начали происходить, когда Соня вышла из больницы. Логично, психи становятся первыми подозреваемыми, так уж заведено, нам сложнее доказать свою непричастность.

– Решил переубедить? – усмехается, заливая в себя содержимое полупустой бутылки.

– Уверен, что хочешь продолжать здесь? Одна маленькая девочка сказала мне, что даже у стен есть уши. Умный ребенок.

– Дочь?

– Почти…

– Ясно. В доме никого, я отпустил прислугу, – поднимается по лестнице, иду за ним в просторный кабинет с искусственным камином в стеклянном кубе. – Заходи, здесь нет камер.

Бизнесмен разваливается на черном кожаном диване, указывая рукой на кресло, стоящее возле стола. Он действительно собирается уступить мне свое рабочее место? Нетипичное поведение, Новиков перфекционист, все должно быть на своих местах, четко, по полочкам. Он привык ставить себя выше остальных, не уверен, что даже Соня удостаивалась такой чести. Выпровоженная обслуга, грязная одежда, разбросанные по кабинету скомканные бумаги, разбитый горшок с цветком, размазанная земля на белоснежном ковре с высоким ворсом и тонкий, почти выветрившийся запах алкоголя от разбитого на журнальном столике бокала. Запой? На первый взгляд все признаки налицо. Но… Нет, дело в другом, он пьян, но не настолько, чтобы перестать соображать и потерять связь с реальностью, здесь что-то другое.

– Я слушаю, говори, раз мы с тобой перешли на «ты»…

– Начнем со старухи. Мы оба прекрасно понимаем, что это был не несчастный случай. С едва держащейся на ногах бабулькой справилась бы и девчонка, к тому же на момент преступления у Сони не было алиби.