– Так-то оно так, но откуда она узнала, где спрятаны деньги?

– Соня могла слышать это из разговора Нины с Борисом. По словам Шурика, брат Герциной подтвердил, что на съемной квартире у нашей парочки преступников был тайник, что вполне объясняет, почему вместе с деньгами в сумке находился пистолет со сбитым номером. Запасное оружие, не думаю, что они его использовали, именно поэтому он был чист. Ни Яна, ни Соня-Яна не имели к нему никакого отношения.

– Согласен. Только, Макаров, я уже запутался с этими твоими Сонями-Янами.

– Личность Соня-Яна – это обычный архитектор, жена врача и хорошая девочка, просто Яна – преступница, которая творила весь этот беспредел. Ну, а Соня и есть Соня, эта оригинальная личность заснула еще на заводе, когда она впервые в жизни отняла жизнь другого человека. Все просто, разумеется, насколько это возможно, если начинать копаться в голове психически больного человека.

– А в Ростов поехала Яна или Соня-Яна?

– Поехала Соня-Яна, вернулась Яна. Пожар – второй триггер, который напомнил ей о горящей машине.

– Но Соня или Соня-Яна, Яна, неважно. Хочешь знать, почему Новикова, которая не была знакома с директрисой, решила ее устранить? – задумчиво произносит Афанасьев, доставая папку. – С другой стороны, она здесь и ни при чем. Я запросил повторную экспертизу, поджога не было, пожар начался из-за печи, а воспламеняющаяся жидкость на полу кухни – не что иное, как обычная водка. Шурик говорил, что она ждала гостей, возможно, намечалось застолье. Нервы, возраст, искра из печи – все это череда случайных совпадений, приведших к трагедии. Директрисе повезло, что Александр оказался рядом. Но покушение на ребят – это точно дело рук Новиковой.

– Формально так и есть, мы начали подбираться слишком близко и стали проблемой. Во время пожара личность Яны полностью перекрыла личность Сони-Яны и Сони, возвращая ее в события двухлетней давности. С дальнобойщиком девчонка добралась до Москвы, где на авторынке на деньги фонда, оставшиеся после заказного убийства, купила злополучную ржавую «копейку». А дальше завод, где вылезли все три личности, меняясь местами: Соня, Яна-Соня и Яна, погружая девчонку в дурдом. Она заново, последовательно и досконально пережила все, что произошло два года назад, повторила каждый момент, включая убийства Герциной и Богомолова, меняясь местами с каждой из своих субличностей, даже записала видео с требованиями о выкупе. Но в этой игре разума родилась последняя, самая опасная личность – похитительницы Нины, которая и устроила перестрелку и в конечном итоге врезалась в дерево.

– А пистолет? Откуда у Новиковой оказался пистолет?

– Это оружие Нины, из которого она и была застрелена. Думаю, он был все это время при ней, Яна нашла его, когда вернулась на завод.

– И кто Новикова сейчас?

– Соня, – пожимаю плечами. – Авария на «копейке» снова стала триггером, плюс удар по голове поставил мозги на место. Жена олигарха, первая скрипка, общественный деятель и ангел во плоти вернулся и, думаю, не помнит ничего того, что произошло за эти два года.

– На руках этого ангела три трупа и двойное покушение на убийство. Получается, Новиковой все сойдет с рук: отсидится в психушке, муж подергает за ниточки и уже через пару месяцев выйдет на свободу…

– То, что происходило в голове этой девочки, – настоящий ад, от которого никуда не деться ни на свободе, ни взаперти. Безумие – худший кошмар, который может пережить человек, это гораздо страшнее тюрьмы и смерти. От него невозможно ни убежать, ни скрыться, – пожимаю плечами. – Я вот только одного не могу понять, если Борис был убит два года назад, тогда кто вломился в мою квартиру?

– Насчет взлома: студенты-криминалисты перевернули всю квартиру, но так и не нашли следов.