— Ты все равно это рано или поздно узнаешь, так что будет лучше, если узнаешь от меня. Предложение пришло от Гиддингсов.

— От Гиддингсов? Ты уверена?

— Я уверена.

Билли похолодела. История повторялась буквально.

— Хорошо, — прошептала обреченно она. — Это решает исход дела.

— Ой, Билли, Билли, не принимай это так близко к сердцу. Пожалуйста, не сделай какой-нибудь глупости.

— Например, подам заявление об уходе, прежде чем они уволят меня? — резко спросила она. — Нет, Анна, я не могу работать на Гиддингсов. Работать на фирме, которая уничтожила все хорошее в моей жизни! Надеюсь, ты-то меня понимаешь?

— Конечно, понимаю. Помнишь, что перевернуло вверх дном и мою жизнь?

— Более точно, эта фирма разрушила ее, — жестким голосом добавила Билли.

— Нет, не разрушила. — Анна покачала головой. — Мне повезло. Я нашла другую работу и провела здесь шесть счастливых лет.

— И для чего? — Билли со злостью вскинула голову. — Чтобы быть отсюда выброшенной на мусорную свалку.

— Но я еще пока не впадаю в детство, — робко вставила Анна.

— Ты — нет, но мама — да, благодаря Гиддингсам.

Подумать только, именно Гиддингсы! Одного этого имени было достаточно, чтобы страшный призрак вновь появился перед ней. Да, она хорошо это запомнила. Гиддингсы, их наглая тактика и дюжины жизней, выброшенных походя. И вновь это повторяется. Что из того, если рабочие места будут сохранены для большинства из них? Сути дела это не меняет. К концу дня она положит на стол заявление об уходе, и точка.

— Ну и что это даст? — урезонивала ее Анна. — Подумай, Билли, подумай. Тебе ведь нужна работа, нужны деньги…

— Только не их деньги. Кровавые деньги. Лучше умереть с голоду.

— И совсем разбить сердце своей матери? О, Билли, ты не можешь так поступить.

— Я найду другую работу, — упрямилась девушка.

— Здесь, в Фелбрафе? Работу дизайнера? Опомнись! Тебе придется уехать и бросить все, что ты любила.

— Все, что я любила, разрушили Гиддингсы шесть лет назад.

— Это не совсем так, — мягко напомнила Анна.

Билли с трудом проглотила ком в горле.

— Может, и не совсем, — согласилась она с сомнением в голосе. Но ее мать так и не оправилась от шока, вызванного смертью отца. Она ушла из реального мира в какой-то другой, призрачный мир. Визиты в больницу разрывали Билли сердце. В большинстве случаев Марианна Тейлор едва узнавала свою дочь и подругу детства.

Расстроенный взгляд Анны остановился на пылающем лице девушки.

— Ты не можешь уехать, Билли, — осторожно продолжала она. — Марианна нуждается в тебе. Ты — это все, что у нее осталось.

Это не было, строго говоря, полной правдой, но Билли не стала возражать. У мамы есть еще сестра. Воспоминания о тетке были какими-то смутными, и неудивительно, так как Джейн давным-давно обосновалась в Штатах и вряд ли думала об оставленной здесь родне. Открытки ко дню рождения и Рождеству лишь несколько раз проделали свой путь через Атлантику в течение последних восемнадцати лет. Прояви она интерес к судьбе сестры — а Джейн Хаусман-Стил имела средства, — это значительно бы облегчило жизнь Марианны.

— Пожалуйста, Билли, — мягко уговаривала Анна, — не поворачивайся спиной к Фелбрафу. Марианна хоть и устроена, но ей необходимо знать, что ты близко.

— Она моя мама, — сурово парировала Билли.