— Я лишь сделала то, о чем вы меня попросили, — уладила проблемы. Мне показалось, что клиент доволен.

— Вне всяких сомнений! — Пухлые губы насмешливо изогнулись. — Но клиент не платит по счету, платим мы.

— По какому счету? — встревожилась Билли.

— В соответствии со статьей договора о штрафных санкциях нам заплатят на двадцать процентов меньше, если мы не уложимся в срок. А мы не уложимся, не так ли? Благодаря вам и вашим грандиозным идеям.

Билли прикусила губу.

— Я думала, если клиент сделал заказ, штрафное время не применяется. — Этого она точно не знала, но просто надеялась на удачу.

— Ошибаетесь, Билли, — возразил Трэвис. — Вы вообще не думали. Следовательно, теперь мы в проигрыше.

— Пара сотен фунтов…

— Похоже, тысячи. Не говоря уже о стоимости материалов. Вы что, лишились разума? — спросил он скептически. — Вы же знаете политику Гиддингсов: если мы не можем производить их сами, то используем лишь материалы наших поставщиков.

— Если можем их использовать, — обоснованно заявила она, глядя на биение пульса в основании его шеи. — На этот раз мы не могли.

— Разве? Ну, это сюрприз, — глумился он. — Словно речь идет о поставках чего-то неземного. Чего вы добиваетесь? — стальным голосом спросил он. — Выбить нас из бизнеса?

Билли решительно вздернула подбородок. Нет, он не может говорить все это всерьез. Он зол и раздражен, да. Но всерьез подумать, что она способна на такое…

— Я не верю тому, что вы действительно так думаете, — тихо объявила она.

— Не верите? Напрасно. Это мне подсказывает элементарная логика.

— Логика? Смешно. Если Гиддингсы сворачиваются, я ведь теряю работу, помните?

— Ах да, но вы идейный борец со стажем. Шестилетний крестовый поход против Гиддингсов из-за «Дома Марианны». А когда возобладает фанатизм, логика исчезает.

— Вместе с моей совестью? Не будьте идиотом. Если даже я настолько глупа, чтобы рисковать собственной работой, Трэвис. то могу ли я рисковать работой других?

— Цель оправдывает средства.

— Цель?

— Как я сказал, для вас это давний крестовый поход. И если вы действительно одержимы идеей мести…

— Я могла бы отрезать нос, чтобы досадить своему лицу? Ваши домыслы нелепы.

— Но не невозможны. А вы совсем не стараетесь доказать обратное, я вижу.

— Ну, если только это вас беспокоит, пожалуйста. Нет, Трэвис, — заверила она холодно, откинувшись назад и сложив руки, — это не одиночный женский заговор с целью устранить Гиддингсов из бизнеса. Теперь вы счастливы?

— Едва ли. Но при отсутствии доказательств мне придется поверить вам на слово.

— Вы очень великодушны, — уколола Билли.

— Отнюдь нет. Я имею дело с фактами. У вас неадекватная реакция на все, что касается Гиддингсов. А когда в бизнесе происходят подобные проколы, каждый попадает под подозрение.

— Ну что же, Трэвис. Вы меня поразили. В итоге все упирается в доверие. Или, как сейчас, в его отсутствие. Зная ваше «высокое» мнение обо мне, я удивляюсь, как вы доверяете мне переворачивать бисквиты в перерыве на утренний кофе. Это не может больше продолжаться, не так ли? — резко спросила она. — И я думаю, мы оба это знали с самого начала.

— О чем вы говорите?

— Вы знаете, о чем я говорю. У вас закралось подозрение в отношении меня.