— Откуда вам знать? — парировала она с раздражением.

Он качнулся к ней так резко, что она не успела среагировать. Сильные руки схватили ее за плечи. Черные глаза изливали презрение.

— Вы хотите меня, — просто заявил он. — Я знаю это. Только глупец решился бы отрицать это.

— Вы ошибаетесь, — возразила Билли. Гордость смягчала боль. — Ошибаетесь.

Трэвис пожал плечами и пошел к соседней двери. Когда он скрылся за ней, Билли на ощупь вошла в свою комнату и прислонилась спиной к косяку. Слезы ручьем хлынули из глаз. Ненависть, злость, страх боролись в ней, но правда перевешивала. Правда, в которую она даже теперь не хотела поверить. Она любит его. Дура, дура! Но она любит его, любит с самого начала.

Рыдания душили ее. Огромным усилием воли Билли подавила их. Еще не хватало вызвать у Трэвиса жалость к ней. Раз он не может ее любить, ей надлежит быть сильной. Нельзя позволить ему стать свидетелем ее слабости, чтобы потом он жалел и презирал ее. Правда, он заметил ее реакцию, физическую реакцию на него как на мужчину, но он не должен знать, как глубоко зашли ее чувства.

Билли проглотила ком в горле. Ей захотелось пить. Оглядевшись, она увидела на кофейном столике поднос с напитками. Затем взгляд ее наткнулся на какую-то дверь. О Боже! Общая с ним дверь. Трэвис за этой дверью и наверняка имеет от нее ключ.

Не раздумывая, она бросилась через всю комнату и распахнула дверь в приступе негодования. Трэвис с интересом взглянул на нее. Он лежал, вытянувшись на кровати, полностью одетый, с записной книжкой в руке. Рядом с ним стоял стакан с коньяком. Глядя в пылающее жаром лицо Билли, он насмешливо приподнял бровь:

— Входите, — протянул он и, встав, похлопал по кровати. — Садитесь, чувствуйте себя как дома. Коньяк? — предложил он безучастно.

— Я пришла за ключом, — заявила она, игнорируя приглашение.

— За ключом? — удивился он. — Каким ключом?

— От этой двери, зарычала она, указывая на дверь.

— Ах, вот оно что, — произнес он со сводящим с ума безразличием. — Извините, ничем не могу помочь.

Билли похолодела.

— То есть как? Что вы имеете в виду?

— Именно то, что говорю. У меня нет ключа. Знаете, у этих комнат вообще нет внутренних ключей, — торжественно заверил он. — В этом вся идея.

— Какая идея? — Билли с раздражением отбросила прядь волос со лба. — Перестаньте говорить загадками, Трэвис, — потребовала она.

Сердце ее упало. На расстоянии всего лишь нескольких метров от Трэвиса, с единственной преградой в виде незапертой двери она ни за что не сможет уснуть. А ей необходимо поспать, чтобы сохранять ясность ума.

— Думайте, Билли, думайте, — слегка укорил он. — Мы здесь гостим как пара. Хозяйка не могла поместить нас вдвоем в одной комнате — так не делают в приличном обществе. Но в соседних комнатах, соединенных дверью, которая не закрывается, — что может быть более естественным?

— Вы должны знать, где находится ключ, — упрямо настаивала девушка, постепенно впадая в панику. — Вы его где-то прячете.

— И зачем же мне это надо? — недоверчиво спросил он.

— О… я не знаю. Ну хотя бы чтобы беспокоить меня, — глупо выпалила она.

— Беспокоить чем? Тем, что я мог бы проникнуть к вам? — мягко спросил он. — Или тем, что не сделал бы этого? — Глаза его смеялись.

Билли задохнулась и покраснела. Не найдя слов для ответа, она поджала губы и выскочила за дверь, захлопнув ее за собой.