И в это мгновение здравый смысл, неожиданный и своевольный, шевельнулся в голове Билли, напомнив ей, что у него это только физическая потребность. Физическая потребность здорового, молодого мужчины. И она недооценивает себя, предлагая свое тело и отвергая соображения ума. К тому же у него есть Клео.

— Нет, Трэвис, нет! — крикнула она, отшатнувшись.

Билли уже ненавидела себя за то, что позволила всему этому случиться. Она села прямо и скрестила руки, прикрывая ими обнаженную грудь. Глаза ее молили о прощении.

Но в его глазах не было прощения. Только ярость.

— Ты сука! — выплюнул он тихо и злобно выругался.

Билли побелела и съежилась.

Он схватил ее и рывком поставил на ноги перед собой. Прошла, кажется, целая жизнь, прежде чем он заговорил.

— Ох, Билли! — Он прижал ее к себе так близко, что жар его дыхания обжигал ей щеки. Билли закрыла глаза, прячась от его горящего ненавистью взгляда. — Вы хотите меня, — холодно заявил он. — Вы, возможно, не желаете этому верить, но ваше тело не лжет, нет, оно не лжет. — Он коротко прикоснулся к ее губам, и мгновенно жар распространился по ее венам. — Вы слышите, черт вас возьми? — Он грубо встряхнул ее, оставляя у нее на плечах следы пальцев. Билли распахнула глаза. Увидев в них панику, Трэвис презрительно улыбнулся и с отвращением толкнул ее на кровать. Она с ужасом наблюдала, как он надевает рубашку. Казалось, это будет длиться вечно. Но вот он подошел к двери, внутренней двери между их комнатами, и вышел с выражением подчеркнутого презрения на лице. Билли закрыла глаза.

— Кто бы поверил этому? — слышалось из другой комнаты. — Билли Тейлор, современная мисс, оказывается стыдливой женщиной. — Она с трудом сдерживала рыдания, бросив на это все свои душевные силы. — Но так как целомудренность в девушке котируется очень высоко, будем надеяться, что суровый викинг по достоинству оценит такой подарок.

К счастью, воскресенье было до предела насыщенным, чтобы оставалось время для грустных размышлений. А так как прибыли новые гости на ленч, то случай с Дейзи оставался главной темой разговора, и Билли, сама того не желая, оказалась в центре внимания. Но Трэвис, замкнутый и суровый, сохранял дистанцию. Взвинченная Билли замечала каждый его жест, каждое движение. Какими улыбками одаривал он сногсшибательную блондинку, которая приклеилась к нему как банный лист. А Билли была ревнива. Мало ей ревновать к Клео, так теперь еще вот эта девушка. Демонстрация с его стороны была явной. Как явно было и то, что, щелкни он пальцами, и эта девушка будет к его услугам. Да, мрачно признавала Билли, этот человек может выбирать женщин.

А затем разорвалась бомба. Погруженная в свои ощущения, Билли не следила за общим разговором во время ленча, но внезапно ее вывели из прострации слова девушки, прозвучавшие за столом.

— Гиддингсы? Я уверена, что уже слышала это имя. Да, конечно, — с очередной улыбкой прощебетала она. — Роума Гиддингс, известный дизайнер.

— Это моя мать, — пояснил Трэвис.

Билли похолодела, лица за столом расплылись. Она пришла в ярость. Работать на Гиддингсов, принимать деньги от Гиддингсов — это уже само по себе ужасно. Но любить мужчину из клана Гиддингсов…

Билли почувствовала приступ тошноты.

Необходимость уйти вдруг стала непреодолимой.