Повезло? Трэвис застонал. Офицер не обратил на это внимания и продолжал: — Благодаря вашей службе безопасности мы прибыли вовремя. Возможно, сейчас вы не поверите в это, но утром у вас будет более ясная картина. Повреждения в здании главным образом от воды и дыма. Две недели — и вы вернетесь к своему бизнесу.

Две недели? Не может быть. Скорее месяцы. Трэвис вспомнил тот хлопок дверью, когда он уходил вчера вечером с работы. Подумать только, ведь он чуть не столкнулся нос к носу с преступником. Конечно, бизнес теперь пострадает. Некоторые контракты будут отложены или вообще потеряны. Но офицер пожарной службы все же прав: могло быть и хуже. Офисы сохранились, и за это надо быть благодарным судьбе.

Трэвис поехал домой. Он мог сейчас что-либо соображать лишь в стенах своего дома. По дороге он мысленно составлял план первоочередных действий.

Позвонить Клео. Позвонить в местный отдел радиовещания… нет, это лучше сделать сначала. Несомненно, что новость распространится так же быстро, как огонь, но работникам фирмы будет от этого больше пользы, чем от сплетен. Важно довести до них правдивую информацию, чтобы они не переживали по поводу возможной потери работы. По крайней мере большинство из них, уточнил Трэвис. Его губы вновь сжались при мысли, что кто-то осознанно намеревается уничтожить дело его жизни. Но нет нужды предаваться пустым размышлениям. Пусть это распутывает полиция. А ему надо позвонить Донне. Конечно, она приедет, чтобы помогать ему — принимать письма, звонить и отвечать на звонки, — в общем быть на посту, пока он съездит в Йорк, чтобы забрать Клео.

Надо нанять профессиональных уборщиков, ремонтные бригады. Его мозг лихорадочно работал. Здание будет реконструировано, а рабочее помещение построено вновь, и в него завезут серию нового оборудования. Конечно, жаль компьютеров Билли, но слава Богу, что он перед уходом отключил систему, так что их можно восстановить. Невосстановимо лишь упущенное время.

Да, время — деньги. Трэвис провел рукой по щеке и нащупал утреннюю щетину: значит, он был на ногах почти всю ночь. Черт побери, как он устал!

Его разбудил телефонный звонок. Он подскочил на стуле, с трудом просыпаясь. Девять двадцать пять.

— Трэвис! О, Трэвис! — выкрикнула Клео. Он оцепенел: неужели его ждет продолжение ночной ссоры? Он этого не вынесет. К тому же он должен был позвонить ей, он ведь обещал. И позвонил бы, конечно, но события последней ночи так захватили его. — Что-то случилось с папой, — рыдала Клео. — Он не вышел к завтраку, а когда мама пошла разбудить его, у него были эти ужасные боли в груди и…

— Подожди, Клео, — мягко, но решительно оборвал ее Трэвис. — Я с тобой. Подумай. Только скажи мне, в чем проблема.

Спустя десять минут он уже ехал в Йорк. К счастью, перед самым его отъездом, несмотря на проливной дождь, появилась Донна. По крайней мере, он оставлял дело в надежных руках. Если кто и мог бы создать из хаоса порядок, то это только Донна.

Он сразу отправился в больницу. Клео приехала туда на такси. Вместе с матерью она сидела в отдельной маленькой комнате ожидания. Одного взгляда на их лица было достаточно, чтобы догадаться: ничего страшного не случилось.

— Слава Богу, — прошептал он, когда Сузанна закончила рассказ.

— Они оставят его на обследование, — прибавила Клео. Ее фарфоровое личико побледнело под свеженаложенным макияжем. — Через несколько дней его, вероятно, отпустят. Но пока мама переедет ко мне в Свифт. Это недалеко от больницы, и, естественно, мы обе хотим быть рядом с ним.