Лучше бы ей привыкнуть жить в неведении относительно того, где он бывает. Ведь Адам не изменит своих привычек даже после того, как она принесет ему себя в жертву, выйдя за него замуж! Наклонившись, чтобы извлечь атласную косынку из вазона с пальмой, Селина почувствовала, как у нее начинает болеть голова. День был чертовски тяжелым.

В течение последних полутора недель Селина была просто завалена работой, часто оставалась допоздна в офисе, и у нее не было времени, чтобы съездить домой за машиной и кое-какими вещами. Она попросила секретаршу, чтобы та купила ей самое необходимое — белье, пару недорогих юбок и блузок, — а потом засела за работу, чтобы побыстрее разделаться с неожиданно нахлынувшим на нее потоком дел, выкраивая время только для того, чтобы каждый день звонить Мартину.

Прошла неделя, как он вернулся в Лоуер Холл. Мартин сообщил ей, что рассказал своим о ее предстоящей свадьбе с Адамом. Ванесса ничего не сказала — ни плохого, ни хорошего.

Зато сегодня она сказала достаточно!.. Селина наконец-то закончила дела, взяла такси и поехала в Лоуер Холл, предвкушая возможность отдохнуть денек от пребывания в доме Адама, но встретила там Ванессу с холодным, будто мраморным, лицом.

— Удивительно, что ты сумела расстаться с женихом, чтобы приехать навестить своего дядю, — начала она разговор. Селина не могла сказать ей, что не испытывает большой радости от того, что живет в доме Адама, с гораздо большим удовольствием она бы вернулась сюда, в свой дом. Но сказать это — значит разоблачить свою ложь об их любви.

Селина покорно последовала за ней в гостиную, где Ванесса холодно сказала:

— Я хочу поговорить с тобой, прежде чем ты встретишься с Мартином.

Однако она молчала в течение нескольких напряженных минут, стоя у камина и держа свои худые руки над огнем. Чувствовалось, как напряжена ее спина под облегающим платьем из тонкой шерсти фиолетового цвета.

— Итак, — наконец спокойно начала Селина, не выдержав дольше напряжения и бледнея, потому что, когда Ванесса повернулась, она ощутила исходящую от нее враждебность.

Да, ее тетя все еще была красивой женщиной. Имея такую форму лица, она будет выглядеть привлекательной в любом возрасте, но сейчас ее черты были искажены неприязнью к Селине, которую она еле сдерживала.

— Я надеюсь, ты понимаешь, на что идешь? Я всегда делала для тебя все, что могла, воспитывала тебя, как родную дочь. А ты отплатила мне ударом в спину!

— Почему? — нежным голосом спросила Селина, вовремя вспомнив, что она должна вести себя, как влюбленная женщина, и поэтому видеть мир как бы сквозь розовые очки. — Я никого не хотела обидеть, ты ведь знаешь, тем более вас с Мартином.

— Не надо разыгрывать передо мной этот сентиментальный спектакль! — нанесла ответный удар Ванесса, недовольно поведя головой. — Ты знаешь, кто этот человек и что он из себя представляет, и все же, ты собралась за него замуж. — Она неуверенными шагами прошла к бару и налила себе бренди.

Селина широко раскрыла глаза. За исключением каких-то особых случаев Ванесса не притрагивалась к алкоголю до обеда — вечером же это могла быть рюмка шерри или бокал вина во время еды.

— Мы любим друг друга, — Селина была вынуждена защищаться этой ложью. Мартин не должен узнать правды! Но эта постыдная ложь застряла у нее в горле, и она произнесла ее сдавленным голосом, а Ванесса саркастически засмеялась.

— Любовь? Да он не знает, что это слово значит!

Признав в душе, что тетя абсолютно права, Селина почувствовала необъяснимую душевную боль.