Николаю нравится его работа. Кому-то нужны аспирантуры, докторантуры, ученые степени, признание, слава, а ему уютно на своем месте. Еще в школе, в старших классах, он уходил от ответа на вопрос: кем ты хочешь быть? Его задавали все: родители, бабушки, дедушки, педагоги. Время от времени приступ любопытства одолевал одноклассников. Никому не приходило в голову, что Николай, один из самых способных учеников, бесспорный лидер, давно решил, что выпускной класс станет для него последней ступенью в образовании. Профессия водителя – тайная мечта, которой подросток ни с кем не делился. Он чувствовал, что его признание никого не обрадует.

Реакция близких была ожидаемой – шок. Родители матери категорично высказались в том духе, что яблоко от яблони недалеко падает. Это было сказано не в присутствии Николая. Он оказался невольным свидетелем. Пришлось сделать вид, что ничего не слышал. Коля не обиделся. Он уже спокойно воспринимал все намеки на его сиротство. О своих родителях он так ничего и не узнал, да и не стремился. Много времени прошло с того злополучного дня, когда он решил сбежать из дома, в котором его окружали «предатели». Николай повзрослел, стыдился своего поступка. Для него не существовало словосочетания «приемные родители». Настоящие, любящие, заботливые – только так.

Как же им было нелегко с ним! Сколько боли он причинил матери! И что за нечистая сила его тогда дернула? Ему хотелось, чтобы мама простила его. Николай дал себе слово компенсировать причиненную боль. Хотел, чтобы мама гордилась ним. Верил, что она примет его выбор, поймет, что это его путь. Но мама не поняла. Она плакала, просила его подумать, говорила, что водительские курсы не исключают учебы в вузе. Но после окончания школы Коля пропадал в автомастерской, подрабатывал на местном рынке развозчиком товара. Все это родители, мягко говоря, не приветствовали, однако Коля стоял на своем.

– Это же все временно, как вы не можете понять?! – объяснял он.

Ему скоро восемнадцать, и тогда он сможет пойти на водительские курсы. А мама твердила о военкомате. Уверяла, что сможет уберечь его от армии, но при этом он должен получить высшее образование.

– Кому должен, мама? Ну, кому, скажи? – ершился Николай, мечтая провалиться сквозь землю под обвиняющим взглядом матери. – Я решил, понимаешь? Это моя жизнь.

– Коля, Коля… – Она гладила его непослушные жесткие и черные как смоль волосы, приговаривая, что ее мальчик способен на большее.

– Тебе стыдно за меня? – догадался Николай.

– Ну что ты такое говоришь? Просто я не представляю… – Спазм мешал договорить.

Она не представляла Колю за рулем такси или грузовика. Неужели это предел его возможностей? Мать не могла примириться с тем, что один из ее сыновей вдруг станет водилой. У нее возникала ассоциация с грубиянами-таксистами, матерящимися по любому поводу. Николай пытался объяснить ей, что не все грязно ругаются за рулем, что и академики позволяют себе крепкое словцо, когда обстоятельства того требуют.

– Мам, отец тоже использует слова не только из Даля. Ты же не ставишь это ему в вину?

– Папа здесь ни при чем, сынок, – рыдала мама.

Нет ничего зазорного в том, что ты можешь постоять за себя, не только применяя силу, но и осадить словом.