Вирджиния заявила, что ей нужно поехать в Нью-Йорк.

— А оттуда на Лонг-Айленд, — объясняла она за ужином Александру. — Возникли некоторые трудности с тем коттеджем в Сэг-Харборе, над которым я работаю. Меня не будет до конца недели. Ты не возражаешь?

— Вообще-то, возражаю. — Он странно посмотрел на нее. — Но, насколько я понимаю, мне придется с этим смириться.

— Да, Александр, придется.

Оставшись без Вирджинии, Малыш почувствовал себя на удивление одиноко. Он вдруг осознал, насколько ему не хватает Энджи, как он без нее соскучился. К тому же его беспокоило, что она одна в Нью-Йорке, предоставленная самой себе. Перед этим она съездила в Англию навестить миссис Викс, а потом вместе со Сьюзи провела отпуск во Франции; деньги на отдых дал им Малыш, который был рад хоть таким образом сбросить с себя часть вины за то, что вынужден проводить лето со своими домашними; но теперь Энджи уже должна была вернуться.

— К этому времени, Малыш, мне пора будет выходить на работу. Но это всего одна неделя, а потом ты тоже вернешься, и тогда мы отпразднуем наше воссоединение, и сделаем это как следует, с шумом, удовольствием и до последних сил. Не беспокойся обо мне, со мной все будет в порядке.

— Я не могу не беспокоиться о тебе, Энджи. Ты мне кажешься такой беззащитной. Я сам не понимаю почему.

— Я тоже не понимаю почему, — ответила Энджи.

Утро пятницы было чудеснейшим; золотистые лучи солнца вначале целеустремленно пробились через легкую дымку к сиренево-голубому морю, а потом и вовсе разогнали ее. День явно обещал быть очень жарким. Малыш проснулся рано; настроение у него было жизнерадостное и спокойное, что за последний месяц случалось нечасто; и он решил пойти искупаться. Дети уже встали и были на кухне, там их кормила замотанная нянька; Фредди и Шарлотта потребовали, чтобы им разрешили пойти вместе с Малышом.

— Пошли, конечно, — добродушно согласился Малыш. — Буду только рад вашей компании.

Фредди плавал хорошо; это было единственное, что он делал лучше, чем Шарлотта. Прибой был довольно сильный, а снизу, под волнами, шло мощное обратное течение.

— Будьте осторожны, — предупредил Малыш ребят, — не заходите глубже чем по шею.

Шарлотта, против обыкновения, поступила так, как ей было сказано; Фредди же, хохоча от удовольствия, заплывал все дальше, раскачиваясь на бурунах, подныривая под них или же стараясь удержаться на них. Сердце Малыша переполнялось любовью, когда он смотрел на сына; и что бы там ему самому ни доводилось претерпевать от Фреда и от Мэри Роуз, все это стоило того, лишь бы только видеть, что дети счастливы, и знать, что будущее Фредди обеспечено.

Потом они сидели на причале, завернувшись в огромные полотенца, и пили горячий шоколад. Появился Александр. Он улыбался и тоже был настроен много лучше, чем все последние недели.

— Только что звонила Вирджиния. Она приедет завтра, прямо с утра.

— С ней все в порядке?

— Разумеется. А почему должно быть иначе?

— Н-ну… я… просто спросил, — неуверенно проговорил Малыш. — Она была какая-то бледная, когда уезжала.

— С ней все в порядке, — коротко ответил Александр. Потом он словно бы сделал над собой какое-то усилие, внутренне собрался и объявил: — Я еду кататься на велосипеде. Кто-нибудь хочет поехать со мной?

— Я бы поехал, — отозвался Малыш, — но после этого купания я совершенно без сил. Ребята, хотите поехать?

— Я хочу, — сказала Шарлотта. — Папа, можно?

— Конечно.