Дочь ничего не ответила. Виктория медленно поднялась на ноги и направилась к выходу. В дверях она остановилась и, склонив голову, произнесла истерзанным болью голосом:

– Храни тебя Господь, Арабелла.

У девушки защемило сердце от тихой печали, которая слышалась в голосе матери, и, когда Виктория вышла из гостиной, не сказав больше ни слова, Арабелла не выдержала.

Вскочив с кресла, она поспешила вслед за матерью и позвала:

– Мама?

Когда Виктория остановилась и повернулась, Арабелла мягко добавила:

– Я заступлюсь за вас перед Рослин и Лили, постараюсь, чтобы они все поняли.

Улыбка матери была горькой.

– Это все, чего я прошу.

Арабелла еще долго стояла посреди комнаты, глядя вслед матери. Мысли спутались, целый спектр эмоций – от испуга до надежды – вихрем пронесся в ее сознании, и над всем этим хаосом царил один главный вопрос: прощать или нет?

Виктория, безусловно, совершила серьезные ошибки. Но ее тоже обижали – сначала муж, потом брат. И она искренне сожалела, что принесла дочерям столько горя.

Возможно, только это на самом деле и имеет значение: что маме не все равно.

Нужно, чтобы сестры тоже это поняли, решила наконец Арабелла и отправилась к себе в спальню ожидать прихода Рослин и Лили.

Шанс вернуть маму бесценен, им нельзя так просто пренебречь.

Лили сделалась белой как мел, когда Арабелла поделилась шокирующей новостью о возвращении матери. Рослин тоже поначалу была потрясена, а потом впала в задумчивость. Арабелла во всех подробностях пересказала внимательно слушавшим сестрам свою беседу с Викторией и предложила простить мать. Горячая, очень эмоциональная дискуссия по этому поводу затянулась до позднего вечера. Как и ожидала Арабелла, труднее всех было переубедить Лили, хотя сама она, кажется, больше переживала за Рослин.

– Подумай о последствиях, Рослин, – умоляла Лили. – Все снова вспомнят о скандале, а ведь мы только начали выходить из его тени. Для меня это не имеет большого значения, потому что я не собираюсь выходить замуж. Но ты ведь еще не оставила надежду найти хорошего мужа, а если мама вернется к нам, это наверняка уменьшит твои шансы на счастливый брак.

Рослин медленно кивнула.

– Может быть, но я готова рискнуть.

В конце концов все согласились, что нужно смягчиться. Виктория была их матерью, и девушки хотели, чтобы она вернулась в их жизнь, какие бы ошибки она ни совершала в прошлом и чего бы ее возвращение ни стоило им в будущем.

Было уже начало девятого, когда Арабелла приказала подать экипаж седьмого лорда Данверса и сестры отправились в гостиницу «Красный вепрь», где остановилась их мать. По дороге разговаривали мало, а когда подъехали к гостинице, Лили замешкалась и последней вышла из коляски. Таким образом, когда сестер Лоринг провели в небольшую гостиную, Лилиан оказалась ближе всех к двери, медленно открывшейся короткое время спустя.

Виктория остановилась на пороге, словно боялась войти. Она взглянула в глаза каждой из дочерей, и тогда Арабелла нарушила напряженное молчание:

– Мы рады, что ты вернулась, мама.

Судорожно вздохнув, Виктория на мгновение закрыла лицо руками, а потом распростерла их навстречу дочерям.

– О, мои милые девочки…

Лили тихо всхлипнула и бросилась в ее объятия. Рослин и Арабелла тоже обняли мать, и скоро они уже все вместе смеялись и плакали.

Арабелла не сразу заметила, что они не одни. В комнату, тихо закрыв за собой дверь, вошел джентльмен.