А он мог никогда не устать от этого.

Что-то резко обожгло его щёку, один, другой раз, разодрав её в кровь. Захариил отпустил Аннабель, чтобы избавится от этого чего-то, чем бы оно ни было. Он не мог позволить причинить ей боль. И как только он отпустил её, Аннабель отскочила назад, чуть не упав, соскочив с его колений. Когда она вскочила на ноги, он тоже поднялся. Одежда болталась у Аннабель на талии, когда он подошёл к ней. Но... прежде чем ангел успел коснуться её, она ударила его кулаком в нос с такой силой, что, кажется, сломала. Кровь заструилась по его лицу.

Захариил нахмурился, по-прежнему пытаясь дотянуться до неё.

— Аннабель. Поцелуй.

— Вот тебе поцелуй, паршивая крыса! — Она ударила его коленом между ног с такой силой, что для того, чтобы извлечь его яички, которые она вогнала в низ живота, потребовалось бы хирургическое вмешательство.

От боли у Захариила всё поплыло перед глазами и перехватило дух. Он согнулся пополам. Туман в голове, наконец, рассеялся, и ангел поднял взгляд, удивлённый её жестокостью. И в этот момент она ударила его по щеке. Захариил рухнул на пол, искры посыпались из глаз... но не такие яркие, чтобы не заметить страх в её глазах и частое вздымание и опускание груди.

— Аннабель, — начал он, подняв руки в доказательство, что не собирается причинять ей боль.

— Нет! — Захариил допустил ошибку, пытаясь снова её схватить. Аннабель пригнулась... и вонзила клинок ему в бок. Она переоделась, но не избавилась от оружия, прикреплённого к бёдрам. Ангел должен был догадаться.

— Больше никогда не прикасайся ко мне снова, — выплюнула она.

Он застонал, понимая, что она задела почку.

Аннабель расправила плечи, бросила окровавленный кинжал, словно он жёг ей руку, и одним кулаком придерживая края своей футболки, другой прижимала их к своему сердцу. Она дрожала и продолжала от него пятиться.

— Ты слышал меня? Никогда!

Захариил понял, что натворил. До чего её довёл.

Ему стало ужасно стыдно. Рана пульсировала, но он не обращал на неё никакого внимания, понимая, что она скоро заживёт.

— Аннабель.

Она убыстрила шаг и продолжила пятиться, пока не достигла противоположной стены. Но даже этого ей казалось недостаточно: Аннабель выставила вперёд руку, словно опасалась, что он нападёт снова.

— Н-не приближайся! — Страх проступал в её голосе и был настолько острый, что о его края буквально можно было оцарапаться. А мгновение спустя с её губ сорвался мучительный крик.

Обеспокоенный Захариил кинулся к ней, но она выпрямилась и метнулась вправо, избегая контакта с ним.

— Остановись! Я тебе говорю. — Выкрикнула она, окидывая Захариила взглядом, словно ища наиболее подходящее для удара место. — У тебя действительно чёрное сердце.

Захариил остановился, как она попросила, оглядел себя и заметил тёмное пятно возле своего сердца, которое так сильно увеличилось в размере, что перешло на ключицу и захватило часть его торса.

Отмерла ещё одна часть его духа.

С того момента, как Захариил понял, что означает это пятно, он жил с ощущением, что его время медленно истекает, и рано или поздно он умрёт. Его это, в принципе, устраивало... но теперь всё изменилось. Если неизбежное произойдёт, то Аннабель останется беззащитной.

Захариил быстро поправил одежду, чтобы скрыть от взора девушки этот дефект. Он сложил руки, демонстрируя Аннабель, что в настоящий момент ей абсолютно ничего не угрожает.

— Мне очень жаль, что я обидел тебя. Я не хотел. — Он сделал осторожный шаг ей навстречу.

Аннабель яростно помотала головой.