— Ладно, послушай следующее, — начала Аннабель. — На протяжении четырёх лет мне всегда говорили, что делать, что носить, что есть, какие лекарства принимать, когда покидать свою комнату, а когда оставаться взаперти. Если я не подчинялась, меня призывали к дисциплине и всё равно заставляли делать то, что мне говорили. С тобой у меня не будет таких отношений. Уж лучше вообще никаких отношений не иметь.

— Понятно. Я подозревал, что именно так и произойдёт. — Ангел так плотно прижимал руки к бёдрам, что она боялась, что у него останутся синяки, и никакое чудо исцеление не поможет. — Если бы кто-нибудь из моих воинов осмелился бросить мне подобный вызов, я был бы вынужден...

— Что? Избить его? — закончила за него она. — Но я не один из твоих воинов.

— Да, избить его. Я делал вещи и похуже. И ты, в какой-то степени, являешься одним из моих воинов. Ты просила научить тебя сражаться.

— И ты так до сих пор и не сделал этого.

Тишина, тяжёлая и гнетущая.

— Отлично. Исправим эту оплошность. — Мгновение спустя он уже вскочил на ноги. Ангел схватил Аннабель и оторвал от пола. Она переживала ощущение невесомости, когда он протаскивал её сквозь стену за стеной, и, в конце концов, вытащил в сад.

Без всякого предупреждения Захариил скинул её на землю так, что Аннабель приземлилась на пятую точку. Из её рта вырвался резкий выдох, мозг метался в черепной коробке. Люди проходили мимо и не обращали на них с Захариилом никакого внимания.

— Как я погляжу, наличие аудитории тебя не смущает, — тихо пробормотала она. — Так что нападение на женщину не пройдёт незамеченным.

— Они не могут услышать или увидеть нас.

Не могут?

— Эй, вы, — крикнула Аннабель, оглядываясь вокруг. Никто даже не обернулся. Ничего себе, действительно не могут.

— Между прочим, если ты ещё не понял, я считаю тебя куском дерьма, — пробормотала Аннабель, вскакивая на ноги.

— Ты хотела обучаться, вот мы и обучаемся. — Пока Захариил говорил это, его белое одеяние сменилось свободными чёрными штанами. И никакой футболки. — Но сперва...

Его загорелая кожа начала темнеть... ещё сильнее... приобретая бордовый оттенок. Из плеч вылезли рога, крылья превратились в нечто отвратительное — тонкую мембрану, покрытую кровью, — а также вылез хвост с металлическим шипом на конце.

Из горла Аннабель вырвался крик. Она выхватила кинжалы и сделала выпад в сторону существа — прямого воплощения её ночных кошмаров. На неё обрушились ужас, предательство и шок, превратив кровь в ядовитые помои. Захариил оказался демоном. Он обманул её. Всё это время он её обманывал, даже заполучил в свою постель.

— Ты мне противен! — выкрикнула она, метнувшись к его горлу.

Легко перехватив её за запястья, он плотно прижал её к своему телу.

— Успокойся и подумай, Аннабель.

Не взирая на его ужасную внешность, голос у демона остался тот же самый, принадлежащий Захариилу, и это немного уняло её панику.

— Ты всё ещё в безопасности, находясь со мной, — констатировал он. — Ты не ощущаешь зла во мне. Я вовсе не изменился; я просто изменил твоё восприятие себя.

Тем не менее, она отчаянно боролась с ним, чтобы освободиться.

Он продолжал её удерживать.

— Успокойся, — повторил он. — Подумай. Ты видела, как я легко изменяю свою одежду. Ты наблюдала, как меняется цвет моих крыльев. Это я, Захариил — мужчина, державший тебя в объятиях, целовавший и ласкавший тебя.

Оставшаяся часть паники растворилась. Аннабель неожиданно всё поняла. Её метания замедлились... успокоились... Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

Когда появлялись демоны, от них потягивало гнилью и липким налётом зла, который было трудно отскрести от кожи.