— Мистер Коллиер, я Сасс Брандт.

Было очевидно, что ее имя ничего ему не говорит. Он не удивился, не отвел взгляда от ее глаз, даже не удостоил внимания протянутую ему руку, даже не помягчел в душе, видя ее красоту. Сасс опустила руку, но не собиралась сдаваться.

— Я звонила вам из Лос-Анджелеса, звонил вам и мой менеджер Ричард Мейден. Мы пытались связаться с вами, поскольку вы владеете очень важной для нас…

— Я знаю, кто вы такая. Прекрасно знаю. И, помнится, я дал ясный ответ по поводу вашего предложения. Так что, я полагаю, остается лишь один вопрос, мисс Брандт. Вы сумасшедшая или просто бесцеремонная особа?

Он произнес это, не повышая голоса, но Сасс вся вспыхнула, будто он обрушился на нее с яростными нападками. Интересный мужчина. Харизматический. Она подошла еще ближе и оказалась уже почти в дверях, под его рукой, по-прежнему преграждавшей доступ в дом. Эта близость вызвала в ней дрожь, а может, это случилось оттого, что она увидела его глаза. Вовсе не запавшие и без всякого следа гнева или боли. Просто черные, как ночь, в которую они смотрели.

— Ни то и ни другое, сэр. Но я замерзла, а мой автомобиль стоит на краю вашего участка. У меня так мало бензина, что, боюсь, мы не сможем уехать отсюда. Придется звонить и вызывать помощь. И мы с подругой были бы весьма вам признательны за возможность погреться и воспользоваться вашим телефоном. Надеюсь, вы не откажете нам в этом?

Теперь его внимание полностью было сосредоточено на Сасс. Он заметил ее, хотя по каменному выражению его лица определить это было нелегко. И все-таки в его глазах она заметила огонек и поняла, что произвела впечатление, когда он смерил ее быстрым взглядом. Этот человек не казался ни удивленным, ни заинтересованным, ни довольным. Он только отметил факт ее существования и теперь пытался оживить в себе давно забытую вежливость. Сасс ждала, гадая, окажется ли Шон Коллиер тем грубияном, каким показался с первого взгляда, или же поэтом, которого она почувствовала за его суровой оболочкой.

Так они и стояли: Сасс, затаившая дыхание; Лизабет, окаменевшая от недобрых предчувствий; Шон Коллиер, подавлявший их своей массивной фигурой и молчанием. Женщины, независимые и гордые, оказались в странной ситуации, когда им пришлось ждать его милости.

— Звонить никуда не нужно. Заходите. Садитесь у огня. Я дам вам горючее.

Он чуть подвинулся в сторону. Сасс проскользнула мимо него, вдруг ощутив, какая она маленькая и хрупкая рядом с этим мужчиной. Он повернулся, чтобы пойти за ней, но тут же шагнул назад, вспомнив, что за порогом осталась Лизабет. Скупым жестом он пригласил ее войти, а потом закрыл за ними дверь.

Шон Коллиер вышел из комнаты, не говоря ни слова. Женщины посмотрели ему вслед, а потом Лизабет придвинулась к Сасс и прошептала:

— Поехали отсюда, Сасс. Эта затея не нравилась мне с самого начала. Скоро будет поздно. Если задержимся еще хотя бы немного, то и на дороге не найдем помощи.

— Не говори глупости, Лизабет.

Голос Сасс прозвучал мягко, где-то в его шелковых глубинах таился смех. Она медленно размотала шарф, глядя на дверь, в которую ушел Шон Коллиер, сняла с головы шапку и встряхнула длинными, рыжеватыми волосами. Лизабет собралась добавить что-то еще, но Сасс жестом остановила ее. Она хотела тишины, чтобы освоиться в незнакомой обстановке.