— Сто пудов, — я кивнул. — Теперь тишина, а завтра — сочтёмся. Но если чё, — я показал на кафе. — Без обид, пацаны, но волынами посветить пришлось.

— Да чё мы, не понимаем? — оба злобно переглянулись. — Нервы у всех. Всё без проблем, порешаем. А ты с братом завтра будешь?

— Конечно, — я понял, к чему это спросили.

— Вот завтра и расплатимся, — ледяным тоном сказал Цыря.

Уже спит и видит, как мы рассчитаемся с Мухой, а они нас добьют. Наверняка притащат всю свою бригаду для этого, но и пусть. Ещё не знают, что их ждёт.

Единственный нюанс — никто с того стадиона кроме нас уехать не должен. Муха наверняка будет с охраной, но и они начнут стрелять, в итоге все участники полягут, а мы будем думать, как это использовать дальше.

Расстались мы чуть ли не как друзья, но глядя на их рожи, вспоминались многие виденные мною сериалы и фильмы, где в лицо улыбаются, а за спиной держат кинжал. Уже точно нас похоронили, чуть не хихикают от злорадства. Ну, рано радуются, а наша задача — накрыть их так, чтобы они молчали вечно.

Хотя бы ключевых участников заговора, которые в курсе деталей, надо зацепить, потому что вряд ли главный заказчик контролирует все детали покушения, но за этим мы проследим.

Так, теперь вопрос: кто такой Муха? Я знал трёх человек с таким погонялом. Первый — Вова Мухин, убьёт собутыльника в 2006 году. Не наш вариант.

Второй — Витя Муха, наркоман, отправится на зону в 2012 году. Сейчас он ещё сопляк, в школу ходит.

И третий: лысый, здоровый, с большим носом, любит красные пиджаки. Лично я его не знал, но слышал. Таких братков много, но именно у этого сходятся все приметы…

— Муха, значит, — проговорил Ярик.

— Угу, — я кивнул и произнёс: — Умар Мухамедов, правая рука Магомеда Джабраилова, главы кавказской ОПГ.

Брат посмотрел на меня с удивлением, мол, откуда его знаю, потом подумал, что я и так знаю слишком много, и решил не удивляться.

Собрались втроём у меня в кабинете: я, Глеб и Ярик, остальных отпустили работать, а нам же надо прикинуть план на завтра. Чай в кружках уже остыл, бутерброды с колбасой, которые сделала Юлька, подсохли, а мы всё сидели и сидели.

— Можно накрыть их официально, — сказал Глеб, немного подумав. — Всех троих, повязать, на допрос и всё выяснить.

— И что, арестуешь их? — спросил я. — Толку-то. Доказухи нет, ну, может, выйдет раскрутить Цырю с Сегой, но на Муху не выйдешь точно, а Мага так вообще вроде как не при делах. Ну и пацана сдадут, сто пудов. У них наверняка какие-то улики есть, чтобы подставить.

— И чё, мочить их всех? — Сибиряк нахмурил брови.

— Мага — слишком высоко сидит. У него и бабки, и наркота, ещё оружие продаёт и покупает. Пока до него добраться непросто. А вот с остальными — может выйти.

— А чё он вообще сюда влез? — недоумевал Ярик.

— Ну, я думаю, всё просто, — Глеб усмехнулся. — Мы Магу ведём так-то, и соседи-смежники тоже на него зуб точат. Вот он и решил избавиться от Некрасова, чтобы… ну… — он задумался.

— Чтобы заменить его на более сговорчивого начальника?

— Да хрен знает, — Сибиряк выдохнул. — Сейчас Романыч у Николай Иваныча в замах ходит, с ним тоже особо не договоришься.

— А он в курсе операции? — спросил я.

— В курсе только, что встреча будет, — ответил Глеб. — А по какому поводу, не доводили. Думаешь…

— Я его даже не знаю, это тебе думать надо, кто может сдать. Пока подтверждений, что Мага или Муха получил инфу о точке — не было.