— Вот это тебе за пацана того, — сказал я умирающему, — которого из-за тебя чуть на тот свет не отправили. Погнали, Валер.

Оружие бросил сверху, чтобы точно нашли. Жалко выбрасывать «Вальтер», но пистолет ещё должен сыграть одну роль.

— Стоп-кран сможешь дёрнуть? — спросил я.

— Люди же попадают, — пробормотал Валера, разглядывая опухший палец.

— Добрый ты, Валер. Хотя скорость-то низкая, замедляется, скоро станция. Ладно, давай прыгать, всё равно ждать нельзя.

Скорость и правда сильно снизилась, локомотив уже въезжал на станцию. А мы открыли дверь вагонным ключом, бросили чемодан вниз, спрыгнули сами, благо, скорость стала совсем низкой, а насыпь — невысокой. Уши заложило, пока летел, внутри что-то ёкнуло, но приземлились удачно. Оглядели друг друга и рванули в лес. По пути избавлялись от маскировки и приметной одежды.

Ну а Костя ждал там же, где мы и условились. Мы сели в его «Ниву».

— Трогай шеф! — бросил я и спросил: — Умеешь первую помощь оказывать? У Витали производственная травма, палец сломал.

— К-канеш умею, — отозвался Костя.

— Отъедем только.

Ну а запущенный маховик начал крутиться дальше…

* * *

Бекетовск, ресторан «Золотой телец»

Отдельный зал ресторана был только для особых гостей. Вместить он мог много человек, но сегодня за огромным столом сидело всего трое, все с одного края.

Из еды были только нарезанный тонкими ломтиками говяжий язык и икра на блюде со льдом, зато выпивки сколько угодно. Но двое из троицы пили мало, зная, что их здоровенного пахана перепить невозможно, лучше даже не пытаться. Все в дорогих костюмах, с часами «Патек» на руке, с золотыми болтами на пальцах и цепурами на шеях.

Официанты в их поле зрения не попадали, приходили, только есть кто-нибудь их позовёт. Причём подходить могли только девушки, потому что парня могли обругать матом, а то и ударить. Такой был нрав у сидящего во главе стола крепкого мужика.

Сейчас никого не звали, сидящая за столом верхушка атамановских обсуждала текущие вопросы.

— Пацаны вопросы задают, чё с Поджигой делать, — хрипло говорил Боксёр, один из бригадиров группировки, мужик, со сбитыми кулаками, низкорослый, но крепкий. — У Гоши предъява к нему конкретная, а его тачку я сам видел — с калаша по ней долбили.

— Поджига — бугор, — настаивал Граф, высокий мужик с короткой стрижкой, в строгих очках. Чёрная рубашка расстёгнута, на груди виден край тюремной татуировки. — А Гоша — не прав, когда через голову прыгнул и к тебе поехал, вместо того чтобы в самой бригаде все вопросы порешать. И вообще, в своей бригаде Поджига пусть сам все вопросы утрясает, чё тебя подключать по каждой проблеме? Будь Гоша в моей бригаде, я бы его за такой косяк наказал. А уж что к Коршуну поехал без одобрения бугра — это ещё больше косяк.

— Где Парыгин? — громогласно спросил Атаман, будто не слушая их.

— Менты загребли, — сказал Граф. — Уволокли в СИЗО, добро от прокурора добыли…

— Я в курсе, — отрезал Атаман и налил себе ещё. — За чё там ещё его взяли? У него задача была, а он тут на отдых собрался.

— Дерьмовое дело, Атаман. Я ему подсуетился, чтобы его в отдельную хату поместили, пока не разберёмся, что к чему.

— Так чё там? — Атаман повернулся к нему. — Ты не про хату трынди, а конкретно базарь, за чё его взяли?

— Короче, менты с какого-то перепуга решили, что он тренера твоего Пашки грохнул.