— Нравится? — я удивился.

— Ну, простор, — Денис показал рукой. — Воздух хороший, на участке ещё девки симпатичные… бравые, как здесь говорят, ха! Ну и поохотиться можно…

Последнюю фразу он проговорил медленно. Улыбка погасла, когда он вспомнил про другую охоту.

— Меня отец попросил приехать, — медленно сказал парень.

— Да я уже понял. Стрелять значит, умеешь. Пошли, там кафешка за углом, обсудим.

— Я за рулём больше не пью, — торопливо сказал Денис. — Хватило, когда тачку батину разбил.

— Я и не предлагаю пить. Там кормят хорошо.

Честно говоря, думал, что это будет типичный столичный мажорчик, завсегдатай клубов, которого батя привёз через силу, чтобы отпрыск не просто прожигал деньги, а хоть чему-то полезному научился.

Но всё же суровые условия тайги и не менее суровые мужики на участке легкомысленного отношения не прощают, вот парень и не выделывается, ведёт себя нормально, разве что болтливый.

Вполне себе обычный пацан, только говорок немного нездешний и внешний вид чуть другой. Ну и тачка, которую себе может позволить не каждый коммерсант или бандит.

— Да, можно и перекусить, — Денис кивнул. — Просто заехал к вам… сегодня был у них, — с намёком сказал он, — они велели забрать посылку. Мы с батей решили, что пока с ними не спорим, ждём вашего совета, вот и…

— Показывай посылку.

Денис с опаской огляделся, но дорога пустынная, никого не было. Он подошёл к «Ауди» и открыл багажник. Внутри лежала запаска, домкрат и китайская рисовая сумка. Он расправил её, расстегнул замок и показал содержимое. Там разобранный карабин, судя по всему — «Тигр», гражданская версия СВД. Умелый стрелок сможет легко поразить любого из такого оружия.

— Прошлую цель из чего стрелял? — спросил я.

— Из «Вепря», — неохотно сказал парень и шумно выдохнул через нос.

— С оптикой?

— Без. Я и так хорошо стреляю.

— Да ладно, — я повернулся к нему. — Без оптики? Как Номоконов? Читал «Трубку снайпера»?

— Канеш, читал, — Денис оживился. — Я с детства по всяким кружкам и тирам ходил. Даже в армию хотел, но не взяли. Категория В — ограниченно годен.

Он показал левую руку. Вот теперь видно, что с ней не так — на ней не хватало большого пальца, причём целиком, почти от основания. Вместо него — только шрам на том месте, где он должен быть.

— В детстве цепью от мотоцикла оторвало, — пояснил он. — Кровищи там было — ужас.

— Стрелять не мешает?

— Я с упора же. Упор обязательно. А так, канеш, мешает. И на лыжах ходить — очень сложно, левой рукой палку фиг удержишь, у меня хоть приспособа на перчатках, помогает. И рулить надо аккуратно. Но куда деваться, новый уже не отрастёт, — Денис мрачно усмехнулся. — Хотя батя говорит, немцы протезы делают. Потом, как закончится, может… если закончится. Чё-то уже не знаю последнее время. Уже ничего хорошего не ждёшь, — парень махнул рукой.

— И на соревнования тебя берут? — с сомнением спросил я. — И в сборную?

— В сборную я не просился, — он помотал головой. — И на соревнования давно не ездил, не вытягиваю уже. Батя просто помечтать любит об этом, похвастаться, он же всё хотел в сборную в детстве попасть. Но если бы я хотел, то за деньги отца, Алексей Матвеич, куда угодно бы приняли, даже в сборную, хоть по биатлону, хоть по пляжному воллейболу. Уж говорю напрямик, не обессудьте.

— Да я понимаю, как всё делается.

Я закрыл сумку и отошёл, он захлопнул багажник.